– Как сказал Эзекиль, мы сделали то, что надо было сделать, – сказал Аксиманд. – Воитель умирал, а Ваддон ничем не мог ему помочь. И вот мы доставили его в Дельфос.
– Дельфос? – переспросил Локен.
– Так называется это место,– пояснил Аксиманд.– Храм ложи Змеи.
– Храм?! – воскликнул Торгаддон. – Хорус, вы принесли Воителя в церковь? Вы сошли с ума? Командир никогда не согласился бы на это.
– Может, и не согласился бы, – вмешался Сергар Таргост, выйдя вперед и встав рядом с Абаддоном, – но он уже не мог даже говорить. Последние несколько часов он проговорил с этой писакой, а потом потерял сознание. Нам пришлось поместить его в стазис-поле, чтобы доставить сюда живым.
– Тарик прав? – спросил Локен. – Это действительно храм?
– Храм, церковь, Дельфос, дом исцеления, называй, как хочешь, – пожав плечами, ответил Таргост. – Воитель лежит на смертном одре, и ни приверженность религии, ни ее отрицание сейчас не имеют значения. У нас осталась одна-единственная надежда, так неужели мы должны были от нее отказаться? Если ничего не предпринять, Воитель умрет. В этом месте у него еще есть шанс выжить.
– И какую цену вы платите за его жизнь? – резко спросил Локен. – Вы сами принесли его в дом лживых богов. Император говорит, что цивилизация может достигнуть расцвета только тогда, когда последний камень последнего храма падет на голову последнего жреца, а вы принесли сюда Воителя! Это противоречит всему, за что мы сражались на протяжении двух столетий. Как же вы сами этого не понимаете?
– Если бы Император был здесь, он поступил бы так же,– сказал Таргост, и от этой ереси гнев снова овладел Локеном.
Он угрожающе шагнул навстречу Таргосту.
– Ты считаешь, что можешь предугадывать волю Императора, Сергар? Неужели главенство в тайной ложе дает тебе такие возможности?
– Нет, конечно, – презрительно усмехнулся Таргост. – Но я точно знаю, что он бы не хотел смерти своего сына.
– И поэтому доверил бы его этим… дикарям?
– Именно от лож таких дикарей берет начало наш тайный орден, – заметил Таргост.
– И это еще одна причина им не доверять, – бросил Локен, а затем повернулся к Випусу и Торгаддону. – Пошли. Мы заберем Воителя отсюда.
– Это невозможно, – заговорил Малогарст и, хромая, подошел к Абаддону.
У Локена создалось впечатление, что его братья образуют барьер между ним и вратами.
– Что это значит?
– Врата Дельфоса обладают одной особенностью: если они закрылись, отворить их можно только изнутри. Человека, нуждающегося в излечении, приносят сюда и оставляют на попечение вечных духов мертвых вещей. Если они решат, что он должен жить, он сможет самостоятельно открыть врата, если нет, створки разойдутся через девять дней, его останки предадут сожжению, а затем развеют над этим бассейном.
– И вы оставили Воителя внутри? Да с таким же успехом вы могли оставить его и на «Духе мщения». А что такое «вечные духи мертвых вещей»? Что это может означать? Это какое-то безумие, неужели вы сами этого не понимаете?
– Стоять в стороне и смотреть, как он умирает, – вот что было безумием, – сказал Малогарст. – Ты осуждаешь нас за то, что мы любим его. Пойми это.
– Нет, Мал, я не могу вас понять, – грустно ответил Локен. – Как вам только в голову взбрело принести его сюда? Вам помогли какие-то секретные знания, которыми обладают члены ложи?
Никто из братьев не отвечал, и Локен, переводя взгляд с одного лица на другое, внезапно осознал ужасную истину.
– Эреб? Эреб рассказал вам об этом месте?
– Да, – признал Таргост, – он давно знаком с этой ложей и был впечатлен способностями их жрецов излечивать больных. Если Воитель выживет, ты будешь благодарен Эребу за то, что он рассказал нам о храме.
– Где он? – потребовал Локен. – Он ответит мне за все!
– Его здесь нет, Гарви, – заговорил Аксиманд. – Это дело касается Сынов Хоруса.
– И все же, где он сейчас? На «Духе мщения»?
– Наверно, – пожал плечами Аксиманд. – А почему это для тебя так важно?
– Я думаю, братья, что всех вас просто ввели в заблуждение, – сказал Локен. – Теперь только Император способен излечить Воителя. Все остальное – лживое вероломство и домыслы нечестивых заклинателей трупов.
– Но Императора нет с нами! – резко возразил Таргост. – И мы принимаем любую возможную помощь.
– Тарик, а что ты скажешь? – спросил Абаддон. – Неужели и ты, как Гарви, отречешься от своих братьев по Морнивалю? Иди к нам.
– Может, Гарви и наивный упрямец, Эзекиль, но он прав, и я не могу присоединиться к вам в этом деле, – сказал Торгаддон и вслед за Локеном повернулся к выходу.
– Вы забыли свои клятвы Морнивалю! – крикнул им вслед Абаддон. – Вы обещали хранить верность братству до конца жизни. Вы – клятвопреступники!
Слова Первого капитана ударили Локена с силой болтерного заряда, и он резко остановился. Клятвопреступник. Сильное слово.
Аксиманд бросился к нему, схватил за руку и повернул лицом к бассейну. Движение воздуха вызвало рябь на черной поверхности воды, и Локен увидел в ней пляшущее отражение желтой луны Давина.
