Известие о победе генерала Румянцева пришло в Петербург, когда императрица Елизавета была уже мертва. Наследник - император Петр III - выслал главнокомандующему русской армии в Пруссии приказ немедленно прекратить войну с Фридрихом II. История знает очень мало примеров подобной мгновенной перемены союзов. Прусский король назвал свое спасение «чудом Бранденбургского дома»61. В апреле 1945 г. Гитлер, сидя в бункере, в осажденном Берлине, не верил в поражение и, вспоминая Фридриха, ждал чуда. Геббельс, принесший фюреру известие о смерти Рузвельта, объявил, что история повторяется: Германия снова спасена. Положение, однако, было несколько иным.
По воле императора Россия переменила фронт после семи лет войны, потеряв около 60 тысяч убитыми и ранеными (Пруссия потеряла
61 Урланис Б.Ц. Войны и народонаселение Европы: Людские потери вооруженных сил европейских стран в войнах XVII-XVIII вв. М., 1960. С. 56.
[148/149]
более 200 тыс. человек), ничего не приобретя и ничего, если не считать человеческих жертв, не потеряв. Русские историки настаивают на бесполезности войны для России, имея в виду отсутствие осязаемых результатов - территориальных завоеваний. Записки канцлера Воронцова свидетельствуют, что планы расширения русских владений имелись. - они не были реализованы прежде всего потому, что на трон вступил император, заботившийся единственно об интересах прусского короля.
Эксцентричный император
Петр III обнаруживал все признаки остановившегося духовного развития, он являлся взрослым ребенком.
Сергей Соловьев
Оценка автора «Истории Российской» принадлежит к числу наименее резких. Николай Карамзин пишет о «жалких пороках несчастного Петра III», Василий Ключевский пришел к выводу, что «наследник престола - самое неприятное из всего неприятного, что оставила после себя императрица Елизавета». «Слабый физически и нравственно», - говорит о Петре III Павел Милюков. Внук одновременно Петра I (сын его дочери) и Карла XII, внук сестры шведского короля (Карла-Петра-Ульриха), будущий Петр III родился в 1728 г. в семье герцога голштейн-готорпского и первоначально готовился занять шведский трон. В 1742 г. тетка, императрица Елизавета, объявила его наследником русского престола. Не научившись как следует шведскому языку и лютеранскому катехизису, он был вынужден начать учиться (так и не научившись как следует) русскому языку и православному катехизису. Современники свидетельствуют, что он поражал своим невежеством даже Елизавету. «Природа, - замечает В. Ключевский, - не была к нему так благосклонна, как судьба». Впрочем, в конечном счете, и судьба не была к нему очень благосклонна. В четыре часа пополудни 25 декабря 1761 г. было объявлено: «Императрица Елисавета Петровна скончалась и господствует в Российской империи его величество император Петр III». 7 июля 1762 г. было сообщено, что отрекшийся от престола Петр III «скончался от колики».
Легкость, с какой Петр, единственный законный наследник, вступил на престол, сравнима только с легкостью переворота,
[149/150]
свергнувшего законного императора. Мемуаристы, а среди них супруга Петра III Екатерина и сестра его фаворитки Екатерина Дашкова, изображают человека, который делал все, чтобы восстановить против себя то, что можно назвать русским обществом. Заключив мир с Пруссией и вернув Фридриху все завоеванные русскими войсками территории, перечеркнув таким образом все усилия Семилетней войны, он немедленно начал готовиться к войне с Данией, желая расширить территорию родной Голштинии. Император высказывал явное пренебрежение православному духовенству, закрывал домашние церкви, главное - приступил к секуляризации церковного недвижимого имущества. Он переодел армию в прусские мундиры и окружил себя личной гвардией из иноземцев, в основном дезертиров из прусской армии.
Екатерина Дашкова настаивает в своих «Записках», что Петр III вызывал «всеобщее презрение». Участница заговора, свергшего императора, княгиня Дашкова пишет: «Явиться утром на вахт-парад главным капралом, хорошо пообедать, выпить доброго бургундского вина, провести вечер со своими шутами и несколькими женщинами, исполнять приказы прусского короля - вот что составляло счастье Петра III»62. Но она же признает, что император не был злым человеком. Этого нельзя будет сказать о его сыне Павле, который останется на троне не 6 месяцев, а 6 лет.
Поведение Петра III было нередко глупым, бессмысленным, выглядело, как проказы задержавшегося в развитии ребенка. Это казалось особенно странным, ибо император вступил на престол 33 лет. Современники не искали, не хотели искать смягчающих обстоятельств. Петр III приказал «всем попам бороды свои обрить» и «носить такое платье, какое носят иностранные пасторы». Полувеком раньше то же самое делал дед Петра III - Петр I. Петр III обожествлял Фридриха II, но почти так же восторгались прусским королем французские философы с Вольтером во главе. Правда, французские философы не отдавали королю завоеванных территорий, рассчитывая скорее на субсидии.
