Утверждая необходимость утешительной лжи, прекрасного обмана, как лучшего средства воспитания людей, Горький проявляет такую ретивость, что заслуживает даже нежного упрека со стороны Сталина. В одном из самых трагикомических эпизодов истории советской культуры Горький требует запрещения в Советском Союзе самокритики, а Сталин уговаривает его. «Мы не можем без самокритики. Никак не можем, Алексей Максимович».154
В своих выступлениях, статьях, письмах иностранным друзьям А. М. Горький разоблачает «легенду» о принудительном труде в СССР и о терроре, он разоблачает «пошленькую сказку о том, что в Союзе Советов единоличная диктатура», l55 он разоблачает «ложь» о насильственной коллективизации, о голоде. На Первом съезде советских писателей - лето 1934 года - Горький, назначенный Сталиным в вожди советской культуры, великолепно справляется со своей задачей. Обязательным методом советской литературы - а затем и всей культуры - становится «социалистический реализм», метод «утешительной лжи», необходимый - по Горькому - для создания «новой действительности».156 Съезд восторженно принимает новую этику «инженеров человеческих душ», участников строительства «новой действительности». С трибуны съезда Виктор Шкловский доносит на Достоевского: «… если бы сюда пришел Федор Михайлович, то мы могли бы его судить как наследники человечества, как люди, которые судят изменника. Ф. М. Достоевского нельзя понять вне революции и нельзя понять иначе как изменника».157 Шкловский хорошо знал, о чем он говорит: в 1932 году по его сценарию был сделан фильм Мертвый дом, в котором Достоевский обвинялся в «психологическом сотрудничестве» с жандармами. Федор Михайлович в свое время уже отсидел и мог не бояться за будущее. Но с трибуны съезда писатели доносят друг на друга: А. Безыменский заявляет, что Н. Заболоцкий - «опасный враг, надевший маску юродства»;158 писатели с удовлетворением рассказывают, как «на наших колхозных полях… дети-пионеры ловят своих отцов - пособников классового врага на хищении социалистической собственности и приводят их перед революционные трибуналы»;159 писатели с гордостью повествуют о поездке на Беломорканал, откуда была привезена самая позорная в истории литературы книга: восхваление концлагеря. В финале съезд воспел Сталина. Говорили о нем все - по мере своего литературного дарования: «Товарищ Сталин - мощный гений рабочего класса»160 или: «вождь, самый любимый из вождей всех эпох и народов».161
Запевалой и здесь был Горький. В начале своей съездовской речи он говорил: «Вождизм - это болезнь века… Внутренне «вождизм» - результат изжитости, бессилия и нищеты индивидуализма, внешне он выражается в формах таких гнойных нарывов, каковы, например, Эберт, Носке, Гитлер и подобные герои капиталистической действительности. У нас, где создается действительность социалистическая, такие нарывы, конечно, невозможны».162 А заканчивал словами: «Да здравствует партия Ленина - вождь пролетариата, да здравствует вождь партии - Иосиф Сталин!»163
[289/290]
Первый съезд советских писателей завершает процесс национализации литературы, начавшийся после Октябрьской революции. Съезд утверждает принятое ЦК решение о создании единого писательского союза - Союза советских писателей, фактическое руководство которого поручается представителю ЦК Александру Щербакову. На пальцах одной руки можно пересчитать писателей, которые не выступали на съезде с присягой верности партии: М. Булгаков, А. Платонов, О. Мандельштам, А. Ахматова. Все другие - присягнули. По образцу съезда писателей собираются съезды представителей других видов культуры. Они также создают свои единые союзы, и также приносят присягу. В январе 1935 года к присяге приводятся кинематографисты. Кинематографии, которую еще Ленин назвал самым важным из искусств, Сталин уделяет особое личное внимание. Еще в 1928 году «группа режиссеров» - Эйзенштейн, Пудовкин, Козинцев, Трауберг и другие - обратилась с просьбой «проводить твердую идеологическую диктатуру… на участке кино».164 В январе 1935 они приветствуют идеологическую диктатуру. А. Довженко заявляет: художники СССР создают искусство, которое «основывается на «да», на утверждении: «поднимаю, вдохновляю, учу». I65
К 1934 году была не только завершена коллективизация и начата индустриализация страны, была национализирована - надстройка. Духовная жизнь страны, при активной помощи «творческой интеллигенции», «властителей дум», была целиком поставлена на службу государству, на службу Сталину
