Мазепа привел к шведам не более 1500 казаков и лишь часть старшины. На его стороне оставался гарнизон столицы гетмана - Батурина. Узнав об измене Мазепы, Александр Меньшиков явился под Батурин, а когда город отказался капитулировать, взял его штурмом и сжег. «Жители от мала до велика, - регистрирует Костомаров, - подверглись поголовному истреблению, исключая начальных лиц, которых пощадили для казни»54. Царские войска захватили богатую гетманскую казну, артиллерию и амуницию, сожгли большие запасы хлеба, на которые рассчитывал Карл.
Украинцы не пошли за гетманом. Его поворот был слишком неожидан: 20 лет он был вернейшим царским слугой. По приказу царя изменившего гетмана предали проклятию: сначала в Киеве, а потом в Москве. Анафему изменнику Мазепе читали в церквях до 1917 г. Немедленно был избран - в присутствии Петра - новый гетман Иван Скоропадский. Не желая менять русских на шведов, Малороссия оставалась спокойной. Исключением были запорожцы. В марте 1709 г. к Мазепе присоединились запорожцы во главе с атаманом Костей Гордиенко. Александр Меньшиков, фактически командовавший русскими войсками в Малороссии, наказал казаков, отправив сильный отряд, уничтоживший Запорожскую Сечь. Меньшиков доносил царю о победе, гибели защитников крепости, казнях, о том, что все подверглось разорению, «дабы оное изменническое гнездо весьма выкоренить». Была разрушена не только крепость, но и все поселения запорожских казаков. Накануне революции 1917 г. в России имелось 12 казачьих войск, расположенных на границах империи - донское, кубанское, уральское и т.д. Только запорожское казачье войско никогда не было восстановлено.
Несмотря на отказ украинцев последовать за Мазепой и запорожцами, положение Петра было очень нелегким. В июле 1708 г. армия мятежников под командованием Кондратия Булавина пыталась штурмовать Азов, лишь с трудом царским войскам удалось разбить булавинцев. Значение Азова было связано не только с положением крепости и порта, с таким трудом отвоеванными Петром У турок. Его потеря могла привести к изменению политики султана.
Карл XII, Станислав Лещинский, Мазепа не переставали убеждать Великолепную Порту выступить против России. Горячим сторонником войны с Петром был крымский хан Девлет Гирей. Положение было настолько тревожным, что Петр весной 1709 г. покинул Малороссию и явился в Азов. Слухи о могучем русском флоте, который в случае войны выйдет из Азова в Черное море, «золотой дождь», которым русский посол в Константинополе Петр Толстой орошал султанский двор, побудили султана заверить, что Оттоманская империя не собирается начинать войну с Россией. В одном из писем в Стамбул Мазепа предупреждал, что если Турция не воспользуется случаем и не прикроется от России независимой Украиной, она должна считаться с возможностью потери Крыма. Предсказание гетмана исполнилось примерно 70 лет спустя.
1 апреля 1709 г. шведские войска появились под Полтавой. Город лежит на реке Ворскле. 310 лет назад в этих местах хан Едигей, один из полководцев Тамерлана, разбил наголову объединенную армию литовцев, поляков, крестоносцев, которыми командовал великий князь литовский Витовт. Победа Витовта означала бы гибель Москвы, как объединительницы русских княжеств. Победа татар открыла перед Москвой далекие перспективы. Приготовления к новой битве на Ворскле, к Полтавской баталии, которую в XIX в. называли важнейшим для судеб России сражением после Куликовской битвы, шли несколько месяцев. Шведы безуспешно пытались взять Полтаву, рассчитывая захватить важный узел дорог. Русские постепенно пришли к выводу, что в этом месте следует дать генеральную битву. 4 июня к Полтаве прибыл Петр. За несколько дней до сражения Карл XII был ранен в ногу, прогуливаясь на своем коне перед неприятелем. Такое щеголяние храбростью доставляло ему особое наслаждение. Он называл это «удовольствием с горчичкой». В результате он руководил битвой, лежа на носилках.
Полтавская битва подробно изучена и описана гражданскими и военными историками, вдохновила поэтов и прозаиков, превратилась в легенду. Ее итогом был разгром шведской армии на поле битвы (погибло около 7 тыс. солдат и более 300 офицеров, взято в плен не менее 3 тыс. солдат и офицеров), а затем пленение остатков армии Карла XII (15 тыс. человек). Король с горстью всадников переправился через Днепр и попросил убежища у турок. С ним был Мазепа55. Французская газета, сообщая о результатах битвы под Полтавой, писала: «Одним словом, всю шведскую армию постигла судьба Фаэтона». Фридрих Энгельс, менее склонный к поэтическим метафорам, чем французский журналист, к тому же писавший полтора века спустя, резюмировал суть Полтавской битвы с точки зрения политика: «Карл XII сделал попытку проникнуть внутрь России; этим он погубил Швецию и показал всем неуязвимость России».
