руководствовался железным правилом: аморально относить к мелочам что-либо из действий, от которых
зависит [139] жизнь людей, сохранность дорогостоящей техники. Для этой работы он привлек даже
женсовет части. Женщины-активистки уточняли, как отдыхают летчики, чем заняты в свободное время, какой микроклимат в семьях. Находил проблемы по обеспечению безопасности полетов и в работе с
техниками, механиками, инженерами.
Михаил Петрович командовал частью почти четыре года. В общем-то немало. В этой части получил
звание полковника. Уже в июле 1956 года он добился вот такой аттестации: «Свой богатый опыт, полученный на войне, умело использует в повседневной учебе и передаче его летному составу. Как
офицер обладает хорошими организаторскими способностями, особенно в летной работе. К себе и
подчиненным требователен. Чувство ответственности за порученное дело развито, ответственности не
боится. Лично полковник Одинцов летает смело, уверенно. Вынослив. Летное дело любит и летает с
желанием. В воздухе чувствует себя хорошо. Летает днем и ночью в простых и сложных метеоусловиях
на самолете Ил-28 при установленном минимуме погоды. Общий налет на всех типах самолетов имеет
2070 часов, из них на самолете Ил-28 налетал 612 часов. Техника пилотирования отличная. Военный
летчик I класса...»
И на новой, весьма ответственной должности он неуклонно, твердо и последовательно следует старой
истине: какой бы ни был талант дарован, чтобы состоялся командир, нужен труд. Большого командира
создает большой труд. И на новой должности сослуживцы ценили Михаила Петровича за доброту
строгую, подчас жесткую, за прямоту и постоянную неугомонность.
Теперь он достиг такой высоты, что иные толковали: подумай, зачем опять голову науками забивать, если
и без них генеральские погоны уже на плечах. [140]
Отшучивался: «К этой красивой форме надо еще не только соответствующие плечи, но и голову иметь».
Программу Академии Генерального штаба имени К. Е. Ворошилова генерал-майор авиации Одинцов, как
отмечено в выпускной аттестации, усвоил отлично. В ней же утверждалось: «Обладает всесторонним
развитием, большим кругозором, хорошей военной и особенно политической подготовкой. В Академии
Генерального штаба занимался с большим интересом, проявляя пытливость, любознательность к
изучаемым вопросам, добиваясь понимания их существа... Хорошо понимает характер современных
операций фронта, роль и место в них авиации, может организовать взаимодействие авиационных
соединений в операции фронта и в воздушных операциях, прекрасно знает тактику бомбардировочной
фронтовой авиации. Твердо знает теорию современных воздушных операций и способы боевых действий
в них видов и родов авиации. Владеет методикой оценки обстановки, умеет сделать выводы и принять
правильные решения... Теоретические положения умеет подкреплять историческими примерами и своим
большим практическим боевым опытом. Свои мысли формулирует правильно. Оперативные документы
отрабатывает быстро и хорошо... Генерал-майор авиации Одинцов Михаил Петрович — растущий, ценный, перспективный работник ВВС...»
В этих словах сплавлено все, что было пережито и понято им на его пике сознания и воли, обозначены
его дальнейшие горизонты. [141]
Сколько можно летать?
«Пара сверхзвуковых истребителей, только что возвратившись с задания, зарулила для послеполетного
осмотра. Из кабины ведущего самолета по стремянке спустился летчик. В каждом его движении
угадывались выработанные годами уверенность и собранность. Выше среднего роста, стройный, немного
худощавый, он по-юношески упругой походкой отошел от машины, снял гермошлем.
Вскоре к нему подошел ведомый летчик.
— Товарищ командующий, разрешите получить замечание по полету.
Генерал улыбнулся. В его голубых глазах, казалось, отразился задор молодого летчика, продолжавшего и
сейчас, после посадки, жить полетом.
— А как по-вашему, какие вы допустили ошибки? — вопросом на вопрос ответил командующий.
Манера на равных вести разговор с летчиками, участвующими с ним в полете, у генерал-лейтенанта
авиации Михаила Петровича Одинцова сохранилась еще с войны, когда он водил группы грозных «Илов»
на штурмовку врага, учился и сам учил других искусству побеждать врага во фронтовом небе.
* * *
...Недавно на разборе летно-тактического учения в одной из авиационных эскадрилий, говоря о том, что
значит воевать по-современному, командующий авиацией орденоносного Московского военного округа
генерал-лейтенант Михаил Петрович Одинцов вспомнил один эпизод. Речь шла о действиях эскадрильи
истребителей-бомбардировщиков по «аэродрому противника». Многие тогда высказали высокое мнение
о действиях авиаторов. И в самом деле, если исходить из установленных нормативов, летчики заслужили
[142] похвалы: они успешно отбомбились, с высокой точностью пускали ракеты. Казалось бы, лучшего и
желать трудно!
Офицеры уже приготовились услышать одобрение от командующего. Однако мнение генерала оказалось
иным.
— Летчики действовали эффективно и даже красиво, — сказал он. — Но в современном бою надо
действовать еще искуснее...
