И Пуйлл вошел во дворец и увидел там спальни, и залы, и дивно украшенные покои26, каких он никогда еще не видел. И он вошел в зал, чтобы переменить одежду27, и бывшие там пажи и юноши подошли, чтобы помочь ему, и все, кто там был, приветствовали его. Два рыцаря сняли с него охотничий костюм и облачили его в атласное одеяние, расшитое золотом28. И он вошел в зал и увидел там придворных и стражу, самую мощную и хорошо вооруженную из всех виденных им, и с ними королеву, прекраснейшую во всем мире даму, одетую в платье из блестящего атласа. И они омыли руки и сели за стол. Вот как они уселись: по одну сторону от него села королева, по другую же – некто, показавшийся ему графом29. И он заговорил с королевой, и показалось ему по ее речам, что она самая благородная и чистосердечная дама из всех. И они ели, и пили, и пели, и веселились30, и ни один дворец на земле не мог сравниться с этим по изобилию еды, питья, золотой утвари и драгоценностей. Пришло время им ложиться спать, и он отправился спать с королевой. И когда они легли в постель, он отвернул от нее лицо и отвернулся сам; и с этого момента до самого утра не сказал ей ни единого слова. Hаутро же они вновь вели благородную и изящную беседу, но как бы ни возрастала их приязнь друг к другу, каждую ночь до конца года он вел себя точно таким же образом, как и в первый раз31.
И год прошел в охоте, в песнях и празднествах, и в увеселениях с придворными, пока не настала ночь, назначенная для битвы. Об этой ночи знали во всех уголках королевства, так что, когда он пошел к месту встречи, с ним отправились все его приближенные32. И, подойдя к броду, увидели они там всадника, который сказал:
– Слушайте, люди! Это спор между двумя королями и только между ними. Мы двое будем сражаться за землю и владения, а вы стойте в стороне и ждите исхода схватки33.
И два короля сошлись на середине брода, и первым ударом тот, кто был в обличье Арауна, поразил Хавгана в середину его щита34. Щит раскололся пополам, и все доспехи Хавгана оказались разбиты, и сам он упал с коня на землю, и нога его запуталась в стремени, и он был смертельно ранен.
– О господин! – воззвал Хавган. – Что за причина у тебя желать моей смерти? Я не сделал тебе ничего дурного, и не знаю, зачем тебе убивать меня35. Hо, ради бога, раз уж ты сотворил это, доверши то, что начал.
– Господин, – ответил тот, – я не сделаю этого, чтобы после не раскаяться. Поищи того, кто сможет добить тебя, я же не буду это делать.
– Мои верные слуги! – промолвил Хавган. – Унесите меня домой. Пришла моя смерть, и я не могу больше править вами.
– Люди! – сказал и тот, кто был в обличье Арауна. – Посоветуйтесь и скажите, кто из вас хочет служить мне.
– О господин, – ответили знатные, – мы все хотим этого, ибо теперь в Аннуине нет короля, кроме тебя.
– Тогда, – сказал он, – тех, кто придет ко мне по своей воле, я приму милостиво, а непокорных подчиню силою меча.
И он получил клятву верности36 от знатных, и к следующему полудню оба королевства оказались в его власти. После этого он сел на коня и отправился в Глин-Кох. И когда он прибыл туда, его встретил Араун, король Аннуина, и они рады были видеть друг друга.
– Поистине, – сказал Араун, – Бог воздаст тебе за оказанную мне услугу, о которой я уже знаю. Возвратись же в свои владения, и ты увидишь, что я сделал для тебя.
– Что бы ты ни сделал, – сказал Пуйлл, – пусть Бог воздаст и тебе.
После Араун вернул Пуйллу, королю Диведа, его облик и подобие и сам обрел свой собственный вид и отправился в свой дворец в Аннуине, где рад был видеть своих придворных, которых не видел долгое время. Они же не знали о его отсутствии и удивились его появлению не более чем всегда. И этот день прошел у них в веселье и развлечениях, и он сидел и беседовал с женой и приближенными. И когда время сна сменило время веселья, они отправились на покой.
Король лег в постель, и к нему пришла жена. Сперва он заговорил с нею, а после они разделили удовольствие37. И, будучи лишена внимания мужа целый год, она задумалась. «Интересно, – спросила она себя, – что заставило его сегодня изменить своему обыкновению?» Она думала долгое время, и он встал и обратился к ней дважды и трижды, но не получил ответа. Он спросил:
– Почему ты не говоришь со мной?
– Господин, – сказала она, – я не могу сразу выговориться за целый год.
– О чем ты? – спросил он. – Ведь мы всегда говорим с тобой.
– О стыд! – воскликнула она. – Ведь уже год до вчерашнего вечера с момента, как мы ложились в постель, между нами не было ни разговоров, ничего другого, и ты даже не повернул ко мне лица.
Король весьма удивился и подумал: «Клянусь, я нашел человека, чья дружба тверда и нелжива». И потом он сказал жене:
– Госпожа, не брани меня. Видит Бог, я не спал в одной постели с тобою весь прошлый год до этой самой ночи.
И он рассказал ей всю историю.
– Поистине, господин, – сказала она, – ты можешь довериться этому человеку и в искушениях плоти, и в словах правды.
– Да, госпожа, – сказал он. – Я как раз думал об этом сейчас, пока ты молчала.
