– Что ты ей сказал? – спросила Зойка в самолете.
– Сказал, что выдам тебя замуж летом за мусульманина. Будешь пятой женой в парандже детей растить.
– А она?.. – распахнула глаза Зойка.
– Она… В общем, я получил удовольствие.
Зойка посмотрела в иллюминатор, потом спросила, не поворачиваясь:
– Тимурка – мусульманин?
– Да кто его знает, – вздохнул Виктор Филимонович. – Я перестал понимать Абакара. Зойка, смотри сюда. – Он дождался близкого открытого взгляда дочери. – Ты по жизни иногда понимаешь больше меня. Я не хочу отдавать тебя в семью Абакара.
– Не отдавай, – чуть покачала головой Зойка, не отводя своих зрачков от его.
– Легко сказать, через неделю должны быть смотрины. Считай – то же самое сватовство. А с калымом – то же самое, что свадьба. Чучело это пожаловало – крестная твоя. Стенает, что я изверг и басурман поганый.
– Если Абакар так хочет нас поженить, заберем Тамерлана к себе.
От неожиданности Виктор Лушко застыл, забыв дышать. Подождав немного, Зойка толкнула его локтем в бок, отец заглотнул воздух как после глубокого ныряния. Конечно, звучало это по-детски глупо, но что-то в Зойкиных словах было. А как сказать Абакару?..
– Скажи, что я несовершеннолетняя, факт моего переселения в его дом будет означать нарушение закона. А если Тимурка переселится к нам, это нормально. Все равно до моих шестнадцати лет мы будем жить в разных комнатах, так ведь?
– Естественно, в разных! – гаркнул Виктор Лушко.
Зоя стиснула его пальцы, он притих и сказал почти спокойно:
– Есть кое-какие проблемы. Тамерлан сможет официально оформить брак в восемнадцать, а тебе тогда еще не будет шестнадцати. Вдруг он не дождется и захочет привести еще одну жену?
Зойка посмотрела на отца в каком-то странном озарении.
– Прекрасно! Жену тоже заберем к себе в дом.
– А если две жены приведет?.. – не мог остановиться Виктор Филимонович.
– Еще прикольней! Все равно уже по сказке не получается – мачехи нет. Три жены… Это совсем другой финал! И не надо палец отрубать, – бормотала она в озарении.
– Эх ты, маленькая дурочка! – Он обнял дочь и прижал к себе. – Ему не разрешат в России многоженство. Это я просто так спрашивал, тебя проверял. А ты все одно твердишь: прикольно!
– Давай заберем его к себе домой после сватовства, а потом будем разбираться с многоженством, – предложила Зойка. – Другой уздечки для Абакара я не могу придумать.
– Согласен, – задумчиво заметил Виктор Филимонович, потом посмотрел озабоченно: – Подожди, а девчонки? Они не будут против?
Он мог поклясться, что после этого вопроса в глазах Зои полыхнул огонек – сатанинский желтый отблеск предчувствия глобальных заварушек. Виктор Филимонович приглушил заметавшееся сердце, положив ладонь на грудь.
– Зойка, – сказал он, – у меня такое чувство, что ты затеваешь большую пакость.
– Ничего я не затеваю, – отвела глаза Зойка. – Наоборот. Я послушная. Делаю все, что папа скажет.