У меня есть знакомый рыбак. Не тот, который любит ездить с удочкой и червями на озеро и наблюдать за поплавком. Немного другой. Процитирую диалог:
– Ты где работаешь?
– В данный момент увольняюсь из одной московской компании, уже устроился во вторую, ищу третью.
– В смысле? Так можно?
– Конечно! Главное найти контору, которая открывает представительство в нашем городе. Немного приукрасить резюме. И самое важное – удачно пошутить на собеседовании с директором или собственником.
– Пошутить?!
– Большинство ЛПР (лица, принимающие решения) думают эмоциями. Если в конце собеседования ввернуть умную шутку – должность твоя!
– Не понимаю!
– Мы с тобой обсуждаем шутку какую-то, а то, что я сказал, что приукрасил/наврал в резюме, тебя уже не волнует.
– Блин! Ты врешь в резюме? А если проверят?
– Людям в костюмах и с хорошей дикцией верят на слово. Как только
Мой знакомый и правда выглядит очень эффектно.
– Ну хорошо. Вот тебя взяли. Но рано или поздно поймут же, что ни фига не умеешь?
– Чем больше компания, тем дольше я работаю. Первые полгода у меня железобетонная отмазка – «вхожу в специфику компании».
– Жесть! И зарплату платят?!
– Конечно! Потом вмешиваются внешние факторы: курс доллара, пандемия, революция домохозяек в Нигерии.
– А потом?!
– Через пару месяцев начинается самое неприятное. На больших онлайн-совещаниях.
– Что?
– Я это не сделал потому, что безобразно работает бухгалтерия,
– А когда правда вскрывается?
– Еще пара месяцев проходит… И увольняют.
– Офигеть! И ты год ничего не делал, только зарплату получал?
– Как ничего?! Новую работу искал.
– Первый тост за нашего дорогого друга! Миша, есть в тебе что-то такое… Нашел дом в красивом тихом месте. У каждой семьи своя комната, дети отдельно, гостиная шикарная, камин. Сидим все вместе за большим столом. Одним словом, Миша, ты – красава!
Компания из десяти человек одобрительно зашумела. Выпили.
Мужчина во главе стола, улыбаясь, сказал:
– Вот такие речи я люблю. А то ныли: не поедем, далеко, лень. Я же знал, что будет круто! Так, скоро мы разнесем дом в пьяном угаре. Пока пьяный угар не наступил, предлагаю рассчитаться. Из пяти семей мне заплатили три. Серега?..
Тучный мужчина рядом неловко повернулся:
– Мих, я тебе на карту пытался скинуть. Чего-то банк тупит.
Женщина напротив, в толстом белом свитере и с рыжими волосами, собранными в хвост, сказала с укором:
– Сережа, ты бы чат читал вовремя. Деньги надо переводить Татьяне.
– А, понял. Я, ребят, ненавижу эти чаты. Вся жизнь из них состоит! Хочешь на футбол сходить – спишись в чате. У старшего ребенка – школьный чат и три кружка, у младшего – садиковский и два кружка, на работе вообще все в чатах с головы до ног. Говорят, люди перестали читать. Это правда, но не совсем. Они читают, но исключительно чаты.
Закончив речь, тучный мужчина довольно крякнул и насадил на вилку маринованный груздь. Блондинка рядом с ним недовольно сказала:
– Так удобно же.
Тучный оторвался от груздя.
– Удобно? Ну да, особенно на праздники, когда все кидают одни и те же открыточки. С Новым годом, с Рождеством, со Старым Новым годом, с днем котенка, ребенка, работников легкой промышленности. Миш, а почему деньги надо твоей жене отправлять? Скажи номер карты. Могу на любой банк, хоть сейчас.
– Серега, давай Танюхе все-таки. Там с моей временные сложности…
– Не вопрос. А что у тебя, карта просрочена?
Михаил нахмурился:
– Серега, много вопросов.
С другого конца стола голос подал суховатый мужчина в очках:
– Миша, мы договаривались, что можно частями.
– Саня, не вопрос. Рассчитаешься, как сможешь.
Огромный трехэтажный дом стоял на берегу горной реки. После застолья собирались в сауну и бассейн, но на полный желудок неудобно: надо, чтобы улеглось. Выпив и закусив как следует, друзья разбились на группки по два-три человека, каждая из которых обсуждала что-то свое. В гостиной стоял тихий, но постоянный гул. Михаил, сидя в одиночестве у блюда с гусем, молча наблюдал. И вдруг сказал очень громко, перебивая всех:
– Друзья! Неужели нет общей темы, которую мы можем дружно обсудить?
Наступила тишина. Отчетливо слышалось только жужжание какого-то насекомого, непонятным образом оставшегося в живых посередине зимы.
– Муха? – неуверенно спросил Сергей.
– Шланг тебе в ухо!
– В ухо нельзя, он недавно отитом болел, – захихикала одна из девушек.
После того как все отсмеялись, снова повисла тишина.
– Теория малых групп, – сказал суховатый мужчина.
– Чего?..
– То, что происходит сейчас, укладывается в теорию малых групп. Нет общей темы для беседы. Нас тут десять человек, у каждого свои мысли, своя жизнь. Максимум по трое можем пообщаться.
– Вообще-то мы одноклассники, – неуверенно заметил Михаил. – У нас столько общего.
– А жены одноклассников? У них точно ничего общего. Да и выросли все давно.
– Вывод?
– Вывод такой. На всю компанию заходят только тупые шутки про ухо, животного уровня. Чтобы поговорить серьезно, надо разбиваться на группы.
