Мы впервые отправлялись за рубеж и, конечно, хотели выглядеть прилично. Костюм Володе тогда одолжил его двоюродный брат, а мне заказали в ателье черный английский костюмчик, потому что мама все нужное сшить сама не успевала. Она ведь и работала, и все наше хозяйство вела, а я целый день находилась в театре и помогать особенно не могла. Зато мама успела сшить мне пальто! Хорошие материалы были дороги, да их еще приходилось с большим трудом «доставать», и потому мама сшила его из какой-то грубошерстной материи (по виду – байкообразной). Пальто фисташкового цвета, отложной воротничок: мне оно казалось шикарной вещью – ведь не переделано из чего-то, а
Но, в общем-то, финансовые заботы нас в то время не сильно занимали. Жизнь была так наполнена! Конечно, много интересного происходило в Большом – роли, спектакли, поездки, но кроме этого мы старались ничего не пропустить и в драматических театрах, и на выставках, и в концертных залах. Восхитительные вечера проводили мы у «деда Бахрушина». «Дедом» мы за глаза называли Юрия Алексеевича, историка балета, критика и педагога, сына знаменитого основателя Московского театрального музея Алексея Александровича Бахрушина. Называли так его, впрочем, уважительно и любя; с ним всегда было страшно интересно. В его коммуналке в Лаврушинском переулке традиционно собиралась раза два в неделю самая разная артистическая молодежь – балерины Маргоша Дроздова, Валя Решетникова, Наташа Садовская, художник Валера Косоруков, балетный критик Наташа Чернова, фотограф Дима Куликов, Леня Болотин (тогда артист балета, потом – оператор видеостудии ГАБТ), Андрей Любанский (который сегодня занимается телевидением), многие другие. Время проводили безумно весело, с разными розыгрышами, театральными байками, застольями, на которых изобрели «формулу»: артисту балета полезнее пить водку, чем вино, «потому что от водки ноги лучше работают». Как-то умудрялись везде успевать: и на вечеринки, и на домашние праздники, и на разные другие встречи. Рестораны, правда, мы с Володей посетили раза «полтора» – и денег лишних не водилось, да и не нравилось там: официантов не дождешься, кормят неизвестно чем, музыка гремит, шум, еще пляски эти между столиками! Надо мной до сих пор смеются, вспоминая, как однажды меня в ресторане пригласили на танец, а я испуганно ответила: «Я вообще не танцую!» Не тянуло нас туда совершенно, мы предпочитали всегда собираться дома у кого-то из друзей.
А еще Володя, человек страшно увлекающийся, поначалу старался разделить со мной свою страстную любовь к спорту. Единственное, к чему я в спорте имела хоть какое-то отношение, – это шахматы, в шахматы именно я Володю учила играть. Но вот про футбол-хоккей сколько он ни объяснял, я не «проникалась», быстро начинала скучать. А ведь Володя сам жуткий болельщик! Когда из-за спектакля какую-то игру пропускал – что творилось! Сколько переживаний!.. И вот как-то повел он меня на футбол. Это был необыкновенный матч – легендарный вратарь Лев Яшин прощался с большим спортом. Билетов не достать, ажиотаж страшный! Закончилась торжественная часть, началась игра. Я смотрела-смотрела на футбольное поле – скучно. Стала по сторонам оглядываться – на трибуны поглядела, на небо. Вижу, луна очень красивая. Потянула Володю за руку, говорю: «Ты посмотри, красота какая!» Он взглянул на луну – и в это время стадион взорвался! В тот самый момент забили решающий гол, а Володя его пропустил, не увидел. Что с ним было! «Тысячи людей мечтали сюда попасть! А ты!!!.. Из-за тебя!!!.. Чтоб я еще раз взял тебя с собой!!!» В общем, не получилось из меня болельщика…
