— Признайся, ты пришел сюда покрасоваться как крутой сын мамочки? Я видел про тебя в газете… ты отпинал тех бандиток. А неплохо для богатенького сыночка.
В легком раздражении я покосился на Гвен, и заметил, что она вообще нисколько меня не боялась. Стоило отметить, что для обычного человека даже стоять возле меня проблемно… И мне стало интересно, с чем это было связано. К тому же, я подозревал, что мой интерес родился отнюдь не просто так… и вот я уже глазами Эдварда подмечал не только назойливость и отличный вкус в одежде Гвен Стейси, но и её высокую, пусть и небольшую грудь, изгибы которой изящно подчеркивал обтягивающая талию кофта. А стройные ноги и попа Гвен то и дело настойчиво выглядывали из под юбки, когда она ходила или наклонялась из сторону в сторону напротив меня, будто поддразнивая меня.
И все же кое-что в действительно привлекло именно мое внимание, а не внимание Эдварда Старка… это был значок ассистента доктора Коннорс, работающей в Озкорпе и отвечающей за разработку эволюционных сывороток.
— Ты работаешь в Озкорпе? — спросил я.
— О, ты наконец-то решил со мной поговорить? Даже теперь не знаю, отвечать ли тебе… может тоже побыть занудой и помолчать как пафосная девчуля? — якобы в задумчивости, Гвен положила палец на губы.
Сколько бы я не говорил с этой девушкой… меня определенно раздражала её наглость. И я был готов поклясться, что от её назойливости дрожала сам пол, вот только это было не так. Заметив и мое волнение, и еле заметные колебания в воздухе, Гвен Стейси обернулась в сторону и подняла голову, словно что-то увидела. Впрочем, проследив за её взглядом я ничего не заметил кроме легкого скопления чакры у крыши здания. Скопление чакры означало, что там был человек, но что на крыше делать человеку? Впрочем, это была ловкая обманка.
Когда я понял, что к чему, Гвен Стейси выкрикнула «Осторожно!» и толкнула меня в сторону. И ситуация показалась мне больно знакомой, прям как тогда в автобусе.
И потом стена за моей спиной дрогнула от взрыва, разлетаясь бетонными булыжниками в сторону, острые края бетонных стен пролетели прямо надо мной и Гвен, которая обняла меня в полете. От повторения судьбы разорванной в клочья стены меня отделяло одного мгновение… И всему виновником была пролетевшая над нами Зеленая Гоблин верхом на глайдере.
Пролетев над испуганной толпой с душераздирающим смехом безумца, Зеленый гоблин разбросала бомбы в стороны, метясь в членов правления Озкорп и… не целясь ни в кого вообще. Раздались взрывы, от которых начали дрожать и падать колоны, насмерть придавливая людей за считанные секунды.
— Ну что, не ждали? А я с гостинцами! Ха-ха-ха!
Спрыгнув с летящего глайдера, Зеленый гоблин уверенно приземлилась на пол и весело раскинула руками, казалось, улыбаясь самому настоящему празднику. Её истинная личина была скрыта за шлемом с искаженным в злобной усмешке гоблином, а её стройную фигуру и большую… даже я не мог остаться равнодушным, — уверенную грудь закрывал зеленый костюм, играющий роль брони. И в этом облике Зеленый гоблин внушала дикий страх и ужас всем собравшимся, хотя та старательно играла роль клоуна… но на самом деле эта была жестокая и искаженная садизмом личность, не терпящая препирательств. Кровожадный и слегка безумный взгляд Зеленого гоблина было видно даже через шлем, и первой неудачницей на её пути оказалась дрожащая на земле Сильвия Джордан, которая и являлась одной из тех, кто хотел избавиться от Нормы Озборн. Уверенно подойдя к своей жертве, Гоблин как пушинку подняла Сильвию над полом, ухватившись лишь за кусок рвущегося платья.
— И кто это у нас такой бледный? Я пришла, а ты что же? Недовольна! Это не по-дружески, Сильвия! — Гоблин якобы по-дружески похлопала женщину.
— Постой, пожалуйста, не надо! Отпусти меня, умоляю! — испуганно говорила Сильвия, пытаясь ухватиться за Зеленого гоблина руками, потому что ту подняли лишь одной рукой за сползающее платье, и вскоре показалась её голая задница в… черных стрингах.
— Да ладно тебе… что же ты так? Конечно отпущу! Мы же подруги!
Гоблин бросила Сильвию на пол, а затем подбросила ей железную тыкву… вдогонку.
— В знак нашего примирения, дорогая! — ядовитым голоском пролепетала Гоблин.
И БАМ, краткая вспышка, как фотоаппарата, накрыла помещение. От Сильвии Джордан не осталось ничего, кроме развалившихся на полу костей.