— И-вет, — чуть слышно хрюкнул морж, поднимая одно веко, бокал и полу рубахи, из-под которой проглянул густо поросший волосом пупок, который он с наслаждением почесал.
— Вот славный юноша, — одобрительно кивнул в его сторону Будини. — Следует стопами отца! — Он протянул Феликсу рюмку неразбавленного пастиса.
— Чем я могу вам помочь? — осведомился Феликс, одним махом опрокинув в себя рюмку.
— Дело в том, что месье Будини поставляет мясо в один дом престарелых в департаменте Валь-д’Уаз. Прочитав ваш сценарий, он с ними снесся.
— Снес-ся, — тщательно выговаривая слоги, повторил Виржиль и принялся ковырять в носу.
— Но зачем? — удивился Феликс.
— Он еще спрашивает! — захохотал инспектор.
— Ха-ха-ха! — подхихикнул Виржиль и сунул в рот палец.
— Я вас предупреждал: он крепкий орешек, — вступил Будини, протягивая Феликсу еще одну тройную порцию пастиса.
— Давайте-ка чуть серьезнее, — предложил инспектор. — Вы все поймете, месье Трак, если я скажу вам, что я — инспектор Галашю. Эрнест Галашю. Вам знакомо это имя?
Феликс растерянно смотрел на трех мужчин. На устном выпускном экзамене учителя тоже старались его подловить. Впрочем, им, негодяям, это удалось с первой же попытки. Разница между тем днем и сегодняшним заключалась в том, что тогда ему не наливали пастиса. Феликс залпом выпил вторую рюмку. Да здравствуют крепкие напитки! Теперь они его голыми руками не возьмут.
— Вы что, шутите? — возмутился он. — Галашю — это фамилия полицейского из моего сценария.
— Вы ждете, что я скажу вам спасибо за то, что вывели меня в кино?
— Да это же вымышленный персонаж! Плод фантазии! Как и дом престарелых!
— Вот тут-то вы и ошибаетесь. "Приют Святого Луки" существует на самом деле. В Барж-ле-Гонес. До него отсюда от силы час езды.
— Быть такого не может…
— Вы так думаете? Но это еще не все. Описываемые вами персонажи тоже абсолютно реальны.
— Эти карикатуры? Шарль и Мадлен? Столетние старики, помешанные на порнушке?
— Буду счастлив вас с ними познакомить.
— А Фердинан Бек? Бездарный актеришка, да к тому же еще клинический дурак?
— Если пожелаете, встретитесь с ним сегодня же.
— Вы меня разыгрываете!
— Ни в малейшей степени.
— Признайтесь, это шутка?
— Ни в коем разе.
— Что, и Сюзанна Борниоль существует?
— Еще как!
Сюзанна Борниоль пребывала в дурном расположении духа. Вокруг нее творилась праздничная суета. Народу в общую комнату набилось под завязку, все были возбуждены. Настал великий день пасхальной партии в лото. На кону стояла порция говяжьей вырезки с гарниром. Как бы их всех тут обдурить? Постояльцы заполняли карточки не доеденной за завтраком кашей, кидались ими друг в друга или пытались откусить от них кусочек. Сюзанна зорко следила за соседями, готовая стибрить у впавшего в полный маразм счастливца карточку с выигравшими номерами. Директор вытаскивал из мешка бочонки, сопровождая каждое очередное число прибауткой: "Сорок один — ем один! Восемьдесят восемь — два фунта баранок!
Семь — кочерга!" и идиотским смехом. Сюзанна уже протянула руку, чтобы утащить из-под носа мирно дремавшего аббата Сен-Фре его карточку, как в комнату вошла белая как полотно Луиза Куртпуэнт и села рядом с Сюзанной и аббатом.
— Плохо выглядишь, — проронила Сюзанна.
— Я только что его видела, — дрожащим голосом произнесла Луиза.
— Кого — его?
— Его! 3… з… зверя!
— Сорок пять — баба ягодка опять! — радостно воскликнул директор.
— Что ты плетешь? — не поверила Сюзанна.
— У меня "квартира"! — взвизгнула Одетта Флонфлон.
— Я поднялась к себе опорожнить мочеприемник, — с трудом переводя дух, начала рассказ Луиза. — В коридоре — ни души. Вдруг слышу, в умывальной какой-то странный шум. И тут он появился! Это точно был он. Зверь! Я уверена, он за мной пришел. Я — следующая в списке.
— Двадцать два — уточки! — надсадно вопил директор.
— Страшный — ужас! Морда злобная, весь волосатый, а вместо рук — щупальца. Красные… — Луиза закатила глаза.
— Трепещите, нечестивцы, ибо грядет Антихрист! — заорал, проснувшись, аббат Сен-Фре. — Всем вам поджарит срамные места!
— И у него капала слюна, — уточнила Луиза.
— Одиннадцать — барабанные палочки! — неистовствовал директор.
