— Да. Как раз после двойного убийства Фрикотенов.
Симона и Эме Фрикотен лежали в обнимку на кровати. Он — в длинном пальто и светлой шляпе с черной лентой, она — в клетчатом пальто и берете. На противоположной стене — афиша фильма "Набережная туманов", на которой Жан Габен и Мишель Морган не отрываясь смотрят друг на друга. Видеомагнитофон прокручивал знаменитую сцену из фильма, в которой Габен своим незабываемым голосом говорит героине: "А знаешь, у тебя красивые глаза".
Симона и Эме лежали с закрытыми глазами, спокойные и безмятежные. У каждого на правой руке — след укола.
— Так вы думаете, что убийца — Эмиль? — спросил Феликс.
— Он многое знал, и это подтверждает сценарий, — ответил Галашю. — Допустим, он и в самом деле предсказал исчезновение Маринетты Шамину, но сам скончался
— Вы кого-нибудь подозреваете?
— У нас несколько ниточек, но подробнее я вам сказать не могу. Ваша задача — сосредоточиться на кинематографическом аспекте убийств.
— Постараюсь.
— Я на вас рассчитываю. Кстати, вы собираетесь на похороны Эмиля?
— Да, а почему вас это интересует?
— Мы поедем с вами. Похороны — это всегда поучительно.
Маринетта Шамину лежала на кровати в просторной зеленой тунике и белокуром парике. Над головой — сверкающий пластмассовый обруч, изображающий нимб. По бокам — два белых крыла из ваты. На противоположной стене — афиша телесериала "Ангел-хранитель Жозефина". Видеомагнитофон показывал сцену, в которой Мими Мати использует свои волшебные способности, чтобы прийти на помощь симпатичному белокурому парнишке, который поранил пальчик, лепя куличики из песка.
Перед Маринеттой — целая вечность. А на заднице — след укола.
Эрнест Галашю решительно поднялся на ноги, и Феликс последовал его примеру. Монро, Габен, Морган, Мими Мати, перебирал он в уме. Какая между ними связь? Монро, Морган… Э-э… Габен, Мати… Ну конечно же! Это очевидно!
— Нашел! — крикнул Феликс. — Они все блондины!
— Что? — сердито обернулся Галашю, который терпеть не мог бьющего через край энтузиазма в трех сантиметрах от своего уха.
— Актеры, которых выбрал убийца! Они все — блондины! В кино все серийные убийцы — фетишисты. Так вот, у нашего пунктик — блондины.
Галашю и Шлокофф переглянулись. А вдруг, против всякого ожидания, Феликс действительно…
— И как вы это прокомментируете? — поинтересовался инспектор.
— Очень просто! Либо он ненавидит актеров-блондинов и хочет их всех поубивать, либо он их обожает и своими мизансценами воздает им честь. По-моему, убийца — блондин.
Феликс сделал паузу, вдохнул поглубже и быстро, пока не испарилось вдохновение, протараторил:
— Или он — брюнет, мечтающий стать блондином. Или — лысый.
— Любопытная версия, — оценил Галашю. Спокойствие давалось ему с трудом. — Чувствую, вы принесете нам неоценимую пользу. Знаете что? Давайте договоримся так. Как только вас озаряет новая идея, вы сообщаете мне ее по электронной почте. О’кей?
— Никаких проблем!
— Вот и ладушки. Ну, поехали.
Феликс уносил с собой русского хомяка, полученного в дар от Шлокоффа за содействие в расследовании. Виржиль, направляясь к выходу, посвистывал: под рубашкой он спрятал енота-полоскуна. Замыкал шествие Эрнест. На самом пороге профессор схватил его за руку.
— Вы все еще считаете, — шепотом спросил он, — что этот парень — тот, кого мы ищем?
— Скоро узнаем. Я специально привлек его к сотрудничеству. Пусть думает, что он нам нужен. Я не хочу выпускать его из поля зрения.
— Он производит впечатление совершенно безобидного малого.
— Именно это-то и подозрительно. Знаете, что я часто себе повторяю: "Чем неблагообразнее у человека вид, тем меньше шансов, что он невиновен".
— Не уверен, что я уловил вашу мысль…
— Это теорема Коломбо. Неспециалисту трудно понять.
Дело о "Приюте Святого Луки" — применение статистической шкалы Галашю.
Гипотеза "Профессор Шлокофф" (индекс виновности — 30 %).
Доводы за. Проводит свободное время, набивая чучела животных (почему бы не перекинуться на стариков?); сильно потеет (хотя в комнате не жарко); страдает нервным тиком (в американских фильмах у 22 % психопатов дергается глаз).
Доводы против. Принимал клятву Гиппократа.
Изучение профиля виновности № 8: "Преступник — уважаемый человек".
В 33 % детективных романов преступник — прекрасно образованный и умеющий себя вести человек свободной профессии с высокими доходами. Его преступные деяния выбивают у читателя почву из-под ног, ставя под сомнение пользу воспитания как вектора человечности и социального прогресса. Как правило, его арестовывают после партии в гольф, и он громко смеется в лицо скромному труженику полицейскому (что само по себе мерзко).
Вывод. Не следует доверять лекаришкам.
Из жизни наших друзей терапевтов:
"Барон доктор Клаус садист"[11] (Хесус Франко, 1962);
"Ужасный доктор Файбс" (Роберт Фест, 1971);
