И Уна выставила на экран свои последние схемы встречных атак для Иксов. Адмирал Первез-шад внимательно смотрел на девушку перед ним, больше суток на ногах и никаких признаков усталости. Сам адмирал уже несколько раз покидал мостик перехватить по два три часа сна. А ведь она действительно управляла для дагонской эскадры обороной. Он прекрасно помнил запись боя у Сурат и превосходную координацию обороны, только благодаря ей дагонцам удалось сблизить дистанцию. У его трех эскадр, из трех разных системных флотов никакой координации и близко не было. Что весьма печально, ведь на них сейчас надвигались восемнадцать боевых кораблей второго и третьего ранга.
– Маэстрина, – тихо начал он, вспомнив правильное обращение к дагонским псионикам, – а вы не могли взять на себя координацию нашей обороны?
– А можно? – с какой-то робкой надеждой спросила девушка. – Обещаю ни к кому из ваших людей не применять ментальное воздействие.
– А что это такое?
– В дагонском флоте псионикам позволено все. Я не только могу подсказывать в сознаниях подчиненных нужное решение, но и в случае неповиновения наказывать. Это типа кнута по сознанию. В крайних случаях ментальным принуждением беру разумы под полный контроль. Я не добрая и ласковая, если надо выжгу мозги на совсем.
– Учту. – Сказал Первез-шад. И стал вызывать подчиненных выдавая новые указания заменять контактные боеголовки на виспах на импульсные. И знакомить офицеров трех эскадр с их новым координатором обороны.
Генерал-фельдмаршал Жоффрей дю Ри смотрел на цифры обозначающие дистанцию до группировки сил противника. Уже меньше двенадцати миллионов, но хотелось бы еще тысяч двести, как про запас, ведь после запуска беспилотников придется продолжать тормозить. Его главные силы уже обгоняли свои крейсера больше чем на миллион километров и разрыв все увеличивался, так как крейсера вполне обоснованно боялись идти со скоростями выше сорока тысяч. А у его линкоров все еще больше пятидесяти тысяч. И он сейчас приказал ускорители отключить, ради выхода на нужную ему дистанцию. Что конечно чревато напороться на вражеский залп, но линкора это корабли крепкие один заход вражеского роя выдержат. Тем более от слабых лазеров фоморианских виспов. Кроме того противник все еще не стрелял. Вместо этого вражеские корабли перестраивались в плотную оборонительную сферу. Это Жоффрею дю Ри тоже не очень нравилось. Но запретить противнику уходить в глухую оборону при виде превосходящих сил он не мог никак. В его распоряжении имелись на трех «Архангелах» 600 марк-45, на четырех «Светлых воителях» 800 марк-48, на одиннадцати линкорах старых типов в общей сложности еще 1250 марк-45. А для обороны осталось место для 1600 марк-44. Вся эта огневая мощь позволяла чувствовать себя уверенно, ведь у противника напротив только один дредноут, десять линкоров, три линейных крейсера, шесть тяжелых крейсеров и двенадцать легких крейсеров.
– Смотрите, – подсказал ему старший тактик, – вице-адмирал Шу снова отправил свой рой. Наши друзья из Сиань остаются на дистанции 14 миллионов.
– Пусть работают по своим. А у нас свои. Нам необходимо пока есть такая возможность разгромить эту группу. Наш запуск через пять минут, начинайте подготовку. И сразу после отправки всех беспилотников делаем кувырок и тормозим до сорока тысяч. И подгоните наши крейсера они там слишком осторожничают. Они нужны мне здесь, а не где-то сзади!
Он снова посмотрел на вражескую группу, а та как раз сделала свой синхронный кувырок начав снова увеличивать скорость. Жоффрею дю Ри очень не понравилась идеальная синхронность противника, он все же надеялся что разные флота не смогут действовать столь согласованно. В любом случае он их нагнал, а это сейчас самое главное.
Вице-адмирал Тогрул Шу оставался верен своему желанию прикончить самый крупный вражеский корабль. Так что «Память о Кении» снова стала главной целью теперь уже не только марк-48, но и марк-54. В этот раз эскадры Герфанского альянса уже шли в плотном построении, где дредноут был упрятан в центре, что сильно усложнило наведение атакующих. Дистанция все-таки близка к предельной. Вышло сорок четыре попадания, но только пятнадцать из них пришлись в дредноут, остальные более менее равномерно распределились по другим кораблям. Несколько крейсеров получили тяжелые повреждения, однако все остались в строю. Вице-адмирал Шу потерял еще 55 марк-48 и 12 драгоценных марк-54. Вслед уходящим на базу беспилотникам корабли Герфанского альянса отправили свой рой ФАВ-19. Более тысячи штук.
