ЭТЬЕН:
КАРЛОС: Как давно?
ЭТЬЕН: Только что, с этого утра. Она мне призналась, когда вы были в его квартире.
КАРЛОС: О-ля-ля… Мой продажный коп не пришел, я отдал 100 тысяч евро буддисту, который, кроме того, сделал ребенка моей дочери. Что за гнусный денек! (достает мобильник)
ЭТЬЕН: Ты прав… Жизнь если не заладится… То не заладится…
КАРЛОС: Ладно, звоню Альберто.
ЭТЬЕН: (
КАРЛОС: Надо разруливать. Ты что думаешь, я оставлю Стефани жить с этим мудаком? Можешь начинать процесс: ее жизнь в смертельной опасности.
ЭТЬЕН: Но это невозможно, Карлос…
КАРЛОС: Почему?
ЭТЬЕН: Потому что мы не сможем… В нашем случае, это его жизнь в опасности.
КАРЛОС: Ты уверен?
ЭТЬЕН: Уверен. Нельзя подать жалобу на того, кого ты сам чуть не убил. Это смешно.
КАРЛОС: Тогда что мы будем делать с этим занудой?
ЭТЬЕН: Можно подать прошение об эвтаназии, но мы вряд ли выиграем дело…
КАРЛОС: Мне плевать, это ты адвокат. Надо от него избавиться.
ЭТЬЕН: Я все-таки думаю, что твоя дочь имеет право на любовь. Она потрясающая женщина. А любовь часто рождается в различиях. И вокруг нас не все подлецы.
КАРЛОС: Не все, только один он… Мы едва здороваемся, а он уже из меня выуживает денежки…
ЭТЬЕН: Он принял тебя за эксперта.
КАРЛОС: Я не понимаю, что за душой у этого типа. И вообще, ты видел его методы? Если бы я не вмешался сразу, Стефани и ребенок были бы уже в «Харе Кришна». Нет, только не это! Тсс, это автоответчик. Ало, Альберто, ты где? Ладно, зайди в «Леруа Мерлен», купи лопату и кирку, мы позанимаемся садоводством.
ЭТЬЕН: Карлос, дай соседу шанс.
КАРЛОС: Не дам. Но я дам ему право выбора. Гортензия или бегония?
ЭТЬЕН: Подумай о страданиях, которые ты причинишь дочери.
КАРЛОС: Она справится. Я не в первый раз вмешиваюсь.
ЭТЬЕН:
КАРЛОС: Удалил.
ЭТЬЕН: (
КАРЛОС:
ЭТЬЕН: Сэ ля ви: между женщиной и деньгами только идиоты не выберут деньги.
КАРЛОС: Никаких моральных принципов!
ЭТЬЕН: А если тот, кто любит твою дочь, захочет на ней жениться и завести отдельные банковские счета… Ты оставишь его в живых?
КАРЛОС: А как насчет его вида? Он перестанет одеваться, как бомж?
ЭТЬЕН: Он на все согласится. Ты увидишь, Виктор выигрывает при ближайшем знакомстве.
КАРЛОС: Он особенно выиграет, когда ляжет протянув ноги, с дыркой во лбу…
ЭТЬЕН: Но от мертвого… Никакой пользы…
КАРЛОС: Польза будет… Послужит удобрением…
КАРЛОС: В общем так. Я заберу дипломат из его лего — городка. Ты знаешь мою нынешнюю ситуацию. Я не могу быть трусом в глазах Джованни. Так что… Или он говорит — да, или я говорю — копай.
ЭТЬЕН: (
СТЕФАНИ: Как это я не знала, что мой отец всегда был такой?..
ЭТЬЕН: Это не все, ты многого не знаешь…
СТЕФАНИ: Но почему ты не позволил мне сказать ему правду?
ЭТЬЕН: Потому что он вооружен! И если бы я ему сказал, что мы с тобой любовники, он бы выстрелил… Два раза.
СТЕФАНИ: Давай прекратим эти глупости и скажем ему все.
ЭТЬЕН: Ни за что. Он и так чувствует себя преданным, и ему это не нравится. А то, что его принимают за дебила, он вообще не простит.
СТЕФАНИ: (
ЭТЬЕН: Это самый мерзкий день в моей жизни!
СТЕФАНИ: О да, я перестану есть клубнику…
ЭТЬЕН: Стефани, ты самое лучшее что у меня было в жизни… Я уже не хочу расставаться с тобой.
СТЕФАНИ: И я тоже, дурачок…
ЭТЬЕН: Скажи, ты не боишься, что ребенок будет стесняться… Того, что его папа будет с тросточкой и с ревматизмом?
СТЕФАНИ: Постой… Что ты хочешь?
ЭТЬЕН: Ищу решение, чтобы разрулить ситуацию.
СТЕФАНИ: Ок. Но никаких предложений выйти замуж за твоего соседа
ЭТЬЕН: Подождем несколько дней. Карлос успокоится. Уйдет на покой, и тогда мы с ним поговорим. Иначе я закончу под бегонией.
СТЕФАНИ: Но тогда… Что же нам делать?
ЭТЬЕН: У меня есть идея!
