К тому времени, когда они выбрались наконец из ванной – омовение вдвоём заняло в два раза больше времени, чем если бы они делали это по отдельности, да к тому же дело усугубилось тем, что в процессе процедуры Андрей решил почистить промежность Яра язычком, а Яру пришлось как-то отрабатывать удовольствие руками – идти куда-то в самом деле было поздно. И тем не менее Андрей выволок Яра из отеля и потащил гулять по набережной.
- Я уже не помню, когда мы были на улице вдвоём, - сказал он, когда они добрались до побережья и прошли по набережной пару десятков метров.
Яр молчал какое-то время. Он тоже пытался вспомнить.
- В Питере, - сказал он наконец.
- Целых два часа… - Андрей вздохнул.
- В Москве так нельзя, - сказал Яр.
- Почему? – Андрей резко обернулся и, присев на каменный парапет набережной, заглянул Яру в глаза. – Смотри, на нас никто не смотрит. Я не вешаюсь тебе на шею и не лезу целоваться. Я не девочка, которая мечтает тебя захомутать, и не даун, Яр. Я понимаю, что тебе многое нельзя. Но ты бы мог просто иногда… - Андрей отвёл глаза и закусил губу, стараясь сдержать подступившие внезапно эмоции. – Просто иногда быть со мной… - закончил он шёпотом.
Яр смотрел на него какое-то время. Потом подошёл вплотную и обнял. Одну руку положил Андрею на лопатки, а другой провёл по волосам, и заставил прижаться к себе.
- Это всё исчезнет, - сказал Андрей, утыкаясь носом ему в плечо, - едва пробьёт двенадцать часов.
Яр молчал, а спорить с гранитной глыбой, как и жаловаться ей на жизнь, было не интересно.
Андрей вздохнул и приподнял голову, заглядывая Яру в глаза.
- Поцелуй меня, - попросил он.
Яр наклонился и коснулся губами его губ – вначале едва-едва, затем чуть втягивая в себя нижнюю губу и, наконец, проникая во влажную щель языком.
Стоять так долго оказалось жарко, и поцелуй пришлось закончить – куда раньше, чем того хотел Андрей. Однако объятий он так и не разомкнул – просто передвинул руку так, чтобы можно было идти бок о бок.
Андрей подумал и тоже обнял его. Они так и шли по прямой, не размыкая рук, глядя то на синюю гладь воды, то на синюю бездну неба, пока солнце не стало заваливаться за горизонт.
- Холодно, - заметил Андрей.
Яр плотнее прижал его к себе.
- И хочется есть, - добавил Андрей, опуская голову ему на плечо и прикрывая глаза, уставшие от яркого солнца.
- Понятия не имею, где здесь можно поесть. Ты по-английски говоришь?
Андрей усмехнулся.
- Сейчас спрошу, - он осторожно выпутался из рук Яра и направился к компании мужчин, стоявших под небольшим козырьком. Вернулся через пару минут, взял Яра за руку и потянул в сторону от набережной.
Ресторан, который он нашёл, был небольшим, и подавали там исключительно местную кухню – какие-то перетёртые бобы да тот же желтоватый соус.
Женщин не было. Зато когда после первой смены блюд Андрей пошёл к стойке просить дополнительную тарелку, добрая половина заведения оглянулась на него.
Особенно внимательно смотрела компания, сидевшая прямо у бара, состоявшая из четырех крупных арабов, и когда Андрей поравнялся с ними, один из них выставил ногу, перегораживая ему проход.
Андрей окинул презрительным взглядом и ногу, и её владельца, и сказал по-английски:
- Дай пройти.
Араб ответил короткой фразой на местном диалекте, которую его товарищи поддержали взрывом хохота.
Андрей попытался обойти препятствие, но араб тут же поймал его за футболку и потянул на себя.
Сделать что-либо ещё он не успел, потому что стул его с грохотом рухнул, а рука оказалась вывернута. Оставшиеся трое тут же вскочили на ноги, но помогать почему-то не спешили – только заняли боевые стойки и с подозрением смотрели на Яра.
- Совсем охуели, чурки недоёбанные? Ещё свою хуйню из-под стола высунете нахер, уебу, дошло?
- Дошло… - протянул зачинщик, согнутый пополам так, что лицо его едва не касалось кроссовка Андрея.
Яр для надёжности завернул ему запястье посильнее и с наслаждением вслушался в ответный вой.
Андрей окинул последним взглядом араба, потом Яра.
- Надо валить, - сказал он, - всё равно не еда, а непонятно что.
- За хавку мою заплатишь. Считай, моральный ущерб, - просветил Яр свою жертву и, резко выпустив его руку, потянул Андрея к выходу.
Какой-то араб из персонала попытался перегородить ему дорогу, но Яр отпихнул его в сторону и молча вышел на улицу.
- Я бы справился, - сказал Андрей.
- Ага. Верю. Со всеми четырьмя.
- Вообще отмороженные, - согласился Андрей. – Чё они полезли?
Яр пожал плечами.
Андрей подумал и прильнул к нему всем телом. Поднял руку Яра и уложил себе на плечо.
- Поехали в отель.
Март 1995. Страна, названия которой я так и не узнал.
Может, всё-таки не всё потеряно для нас?
Яр в душе, плескается уже полчаса, смывает дневной пот. Он сегодня похож на доброго волшебника – и что бы не советовала мне интуиция, я, кажется, всё-таки верю ему.
Я всё равно не смогу его разлюбить. Я таю, как только он касается меня. И я ведь всё-таки нужен ему – иначе он не привёз бы меня сюда.
Мне почти беспрестанно хочется его обнимать.
