И упал я камнем в травы. В голове ткался и вязался клубок мыслей, но ни одной не удавалось схватить, чтобы удержать в равновесии свой дух. И, как бывало в такие минуты, обращался я к закромам премудрости моего духовного наставника Аввакума, пока не ухватился за нитку спасительного приговора:
И мы обречены на нее. Так было, так есть и так будет.
При сем следовало бы сказать «аминь», ибо подошла к концу моя сердечная исповедь, написанная сухим пером. Хотел бы завершить ее словами игумена Сильвестра: «Кто читает книгу сию — помяни меня». А я, Мафтей Просвирник, зелейник из мукачевской Зареки под Черник-горой, кланяюсь в знак благодарности за терпеливое выслушивание и благословляю ваши земные лета и наследие ваше.
