В отчаянии я бросила кошель в матроса. Послышался глухой удар, хруст и целая тирада ругательств. Монеты со звоном раскатились в стороны, а моряк со свёрнутым набок шнобелем угрожающе навис надо мной.
– Что, псовка, думаешь откупиться парой золотых? А ведь в листке ничего не говорено о том, что тебя целой доставить надо.
Потянув за аркан на ноге, он тяжело навалился сверху. Кровь из расквашенного носа капала мне на лицо. Я попыталась отвернуться, но его рука впилась в шею с такой силой, словно одно неверное движение – и он открутит мне голову. Сжавшись и дрожа, из последних сил, прохрипела:
– Отпустите, пожалуйста! Не трогайте меня… Прокляну!
– Ничем ты мне не навредишь! Если б могла, уже сделала бы это, – матрос расхохотался.
От кислого дыхания так близко замутило. Продолжая сжимать моё горло, он зашуршал подолом платья, пытаясь забраться рукой под юбку. Я закричала, но тут хватка ослабла. Глаза моряка расширились, когда на его шее сомкнулись бледные пальцы.
– Первым делом я оторву тебе руку, которой ты удерживал её. Затем ту, которую посмел распустить. А что будет потом, ещё не придумал. Но поверь, я очень изобретателен! – холодно произнёс знакомый совершенно трезвый голос.
– Отпусти, пожалуйста! – проблеял мои недавние слова ещё минуту назад такой смелый нападавший. – Я просто ошибся, оплошал. Не трогай меня!
– Ах, оплошал? Да, пожалуй. Но не расстраивайся, не ты один ошибся этим вечером. Давай-ка я отправлю тебя к друзьям?
– Не может быть! – выдавил моряк. – Пусть маг, но ты был бухой и один против всех. Как?
Пальцы Алестата сжались. Изо рта матроса повалила пена.
– Поинтересуешься у дружков на том свете.
– Алес, не надо! Оставь его. Если жизнь дорога, он ничего никому не расскажет.
Какой бы сильной ни была моя ненависть к нападавшему, видеть его смерть не хотелось. Я всё же травница и привыкла спасать жизни, а не отнимать их, тем более из мести. Подскочив к волшебнику, погладила его по руке, стараясь успокоить.
– Девчонка права, буду нем как рыба. Только пусти! У меня дома дети, я же для них…
Продолжая с лёгкостью удерживать моряка одной рукой, Алес притянул его ближе и, чуть наклонив голову, заглянул тому в глаза.
– На твоём месте я бы никому не рассказывал о том, что видел нас. Ещё раз мне попадёшься, выпотрошу как эту самую рыбу и позабочусь о том, чтобы ты оставался в живых до завершения процесса.
С этими словами он отшвырнул мужика с такой силой, что в месте, где тот врезался в стену, камни раскрошились.
– Ты в порядке?
Алестат притянул меня к себе и успокаивающе погладил по спине. От него пахло вином, солью и кровью.
– Да. Ты ранен? – переспросила я, не размыкая объятий.
– Пара синяков и неглубоких порезов. Жить буду! Хотя есть вероятность, что недолго, по твоим же словам.
– Ты их…
– Да!
– Всех? – ужаснулась я, но, вспомнив его бой с пиратами, легко поверила в такой исход. – Как?
– Шайка вышла проводить меня до ближайшего тёмного переулка. Разве могли они предположить, что если всем скопом броситься с саблями на безоружного, то… их гораздо удобнее будет складывать штабелями. И вообще, чему ты удивляешься, сама ведь сказала – «всех порешим»?
Он наклонился, развязал затянутую на моей ноге верёвку и бережно погладил пострадавшую лодыжку.
– Зря мы отпустили последнего ублюдка. Это может выйти боком.
– Пускай.
Я отстранилась и присела на корточки, собирая рассыпавшуюся по мостовой выручку. Маг ничего не ответил, опускаясь рядом.
– Ты ведь не был пьян? Почему сразу не пошёл со мной?
Ужас произошедшего отступил. На его место хлынул гнев. Я поднялась и с силой метнула монеты в спину чародея.
– И привести следом всю компанию? Надеялся, что их главная цель – я, а тебя оставят в покое, – тихо произнёс он, не поднимая головы.
– Зачем ты вообще к ним подсел?
Едва сдерживаясь, чтоб не пихнуть его, я отошла и прислонилась к стене. Из глаз брызнули злые слёзы. Плакала я не от боли или обиды, а от безудержной ярости, которую не могла излить на Алестата.
– Нужно было выяснить, что они хотят. Кто захочет просто так кормить двух незнакомцев ужином? По вопросам стало понятно – что-то не так.
– Так ты даже не был пьян? И при этом так спокойно поддался на провокацию и рассказал им всю правду?
– Ну, допустим, не всю. Я произнёс лишь то, что они ждали услышать от нагрузившегося. Да, пьян я не был, просто напился – утолил жажду. Это игра слов – маленькая лазейка. Чтоб подпоить меня, нужно что-то покрепче, чем ром или вино. Кто ещё кого спровоцировал. Об одном жалею, упустил момент, когда этот выродок за тобой увязался. Что вообще ты здесь делаешь, ведь должна была давным-давно вернуться в «Гуся»?
– Заблудилась, – неохотно буркнула я, утирая слёзы. – Если бы ты не…
– Прекрати меня отчитывать. Сам знаю, что виноват!
Не ожидая, что маг вдруг пойдёт на попятную, я замялась. Положив последнюю монетку в кошель и повесив его на пояс, Алестат подошёл и подхватил меня на руки. Он стоически вытерпел возмущённые вопли и даже ухом не повёл, когда я толкнула его в грудь. Пришлось смириться и позволить волшебнику тащить ценную ношу до самого постоялого двора.
