Девица отошла к краю шлюпки, опёрлась о бортик и выгнулась, отставив бедро. Даже несколько слоёв тёплой одежды не могли скрыть привлекательных изгибов её фигуры. Изображая, что с интересом изучает окрестности, Лишка украдкой поглядывала через плечо на произведённый этой позой эффект. Алестат только усмехнулся, а вот Тей чуть не высыпал полную лопату угля мимо печки. Только окрик Скайлара заставил бородача опомниться и вернуться к работе. До сих пор сжимающий меня в объятиях маг наклонился и шепнул:
– Скоро полетим над хребтом Затмения. Чем ближе к горам, тем сильнее может трясти, но зрелище будет просто невероятным. Если захочешь посмотреть, я помогу. Вид того стоит! Но только если ты сама пожелаешь взглянуть. Если не готова, настаивать не буду. А на Лишку внимания не обращай, она ревнует.
– С… страшно!
– Ты не упадёшь, обещаю. Я когда-нибудь тебя подводил? – Он сочувственно погладил меня по спине.
– Помнится, ты собирался меня сжечь.
С перепугу мой голос прозвучал хрипло и сдавленно.
– Я уже отказался от этой идеи. Так как? Выглянешь?
Неуверенно кивнув, вцепилась в локоть Алеса и позволила медленно себя приподнять. Солнечный свет резанул даже сквозь зажмуренные веки. Какое-то время я не решалась открыть глаза, продолжая впиваться в многострадальную руку волшебника и привыкая к подрагиванию палубы под ногами. Ощущения от полёта совершенно не походили на морскую качку. Летучий корабль двигался плавно. Иногда даже казалось, что полёт всего лишь шутка и «Зяблик» просто стоит на земле. Но стоило налететь порыву ветра, судно проседало под ногами, и все чувства вопили об опасности. Это напоминало езду на ветхой телеге по ухабистой дороге: когда одно колесо попадает на кочку, а другое ухает в рытвину, заставляя сердце подпрыгнуть к самому горлу.
С трудом совладав с собой, из-под ресниц посмотрела вперёд. До самого горизонта расстилалось небо. Бескрайние голубые просторы над белым морем. Поражённо уставившись на разлившееся внизу молоко, я ахнула. Облака! Мы плывём над облаками.
Алестат обнял меня за талию, заставляя встать прямо. От восторга я чуть было не перегнулась через борт. В просветах внизу проглядывало лоскутное одеяло: охра степей, насыщенная молодая зелень лесов, серо-голубой массив предгорья и всё это крупными тёмными стежками сшивали бегущие с хребта реки.
– Ты освоилась быстрее, чем ожидалось.
Теплота в его голосе могла поспорить с солнцем. Поднявшийся ветер раскачивал воздухолёт, заставляя прижаться сильнее. Алес улыбнулся и поплотнее укутал меня покрывалом, пеленая, как младенца. Судя по искоркам в глазах, он был вполне доволен происходящим. Седые волосы чародея разметались, образуя над головой сияющий ореол. Это зрелище ничуть не уступало чудесному ландшафту. Я словно в первый раз увидела Алестата. Захотелось коснуться его лица. Выскользнувшая из-под одеяла рука замерла на полпути и легла на грудь мага. Вдох, выдох! Пытаясь избавиться от наваждения, отвернулась, делая вид, что снова рассматриваю пейзаж. Нельзя показывать своё смущение. И вообще, я всё ещё злюсь! Илдис хитростью заставил меня выйти за него замуж. Не представляю, как буду объяснять это принцу.
– О чём ты думаешь?
Вопрос застал врасплох, и я выпалила первое, что попалось:
– Об Авине.
Светлая аура мага мгновенно померкла.
– Что тебе известно о посланниках любви? – вкрадчиво спросил он.
– Об амурах? Ну, это такие малыши с крылышками, соединяющие одинокие сердца.
– Кто их создал?
– Великая Мать. Кто же ещё?
Удивившись неожиданной смене темы разговора, я с подозрением уставилась на Алестата. К чему он клонит?
– А зачем она сотворила амуров? – не унимался чародей.
– Я же уже сказала, чтоб они помогали влюблённым обрести друг друга.
– Неправильный ответ! – усмехнулся он. – Ты как-то спрашивала, кого почитают фейри. Они поклоняются тому, в кого была влюблена твоя Великая. Богиня мечтала соединиться с избранником и подарить ему дитя, которое стало бы плодом их любви. Но тот остался равнодушен. Тогда она решила создать ребёнка с помощью чар, в надежде, что так сможет удержать любимого подле себя. Амуры были опытным образцом. Милые пухлощёкие малыши с чистыми личиками и ясными глазами, они могли покорить любое сердце. Одна беда, прототип вышел бракованным. Дети были совершенно очаровательными, почти идеальными, но… они не взрослели. Разум амуров навеки оставался младенческим. Бесстрастный Бог не проявил к ним интереса. Раздосадованная Богиня не решилась избавиться от умилительных крох, всё же амуры были её творениями. Вместо этого она подарила им крылья, сделала малышей посланниками любви и отправила с глаз долой. С тех самых пор любовь не только слепа, но и глупа как пробка. Твоё увлечение принцем – прямое тому доказательство!
– Да как ты…
