— Ой, тут тоже долгий рассказ. Ты лучше спроси, как я сюда добрался. У нас ведь тотальный локдаун, из России в Грузию не выпускают, в Грузию официально тоже не впускают, так что вместе обратно пойдем, — огорошил меня новостью Брат, засмеялся потом. — Зато все проводники правильно понимают, почему нелегально идешь.
— Да что такое случилось, состояние войны что ли? Снова проблемы?
— Войны? Да нет, мировая эпидемия коронавируса, пишут, что народ мрет пачками, с утра до вечера про несчастное Бергамо на Евроньюс рассказывают, где уже совсем все умерли и рефрижераторы, забитые трупами, в центре города стоят, — объясняет Брат.
— Ого, — поражаюсь я. — У меня второй комплект лечащих артефактов появился, теперь мы всех спасем от мировой заразы.
— Да, — соглашается Брат, — это именно то, что необходимо сейчас людям. Только я тут почитал серьезные источники, что бывает с такими лекарями и провидцами — ничего хорошего в общем. Будут в тебя трубки пихать, изучать, как собаку Павлова, пока сам не помрешь. Потом разрежут на кусочки и дальше станут изучать, все ради безопасности страны.
— Да я тоже так думаю, впрочем у нас и мысли должны совпадать, — улыбаюсь я и приглашаю перекусить близнеца, чем земля Черноземья богата.
Мы рассаживаемся на Столе и угощаемся вяленым мясом, продолжая болтать.
— А что за вирус такой, на что похоже?
— Да обычный грипп, переходящий в воспаление легких.
— А как у нас, в России?
— Тоже локдаун, позакрывали рестораны и салоны красоты, в метро с масками пускают только.
— А что, метро не закрыли? Там же миллионы каждый день ездят, — поражаюсь я.
— Нет, метро работает.
— Здорово, в ресторанах десятки тысяч сидят далеко друг от друга и их закрыли, в метро — миллионы друг на друге лежат и что?
— Кое где и метро закрыли, на Украине, например, все в маршрутках давятся.
— И что, весь мир так? — недоумеваю я.
— Ну, про Африку неизвестно ничего, а так только две умные страны оказались, Швеция и Беларусь никаких ограничений не ввели. Остальные страны все закрыли и по домам сидят, только в магазин можно выйти раз в день. У нас хорошо, что еще до такого не дошло, свободно перемещаться можно, только Москва впереди всех, ковидные пропуска ввела. Антиковидные.
— А что за маски, типа кислородных или как у водолазов?
— Нет, обычные марлевые, — смеется Брат и я с ним.
— Так от них никакого толку!
— Понятно, что никакого, на Западе без маски и убить могут, реальный массовый психоз, у нас многие спускают, как только проходят через турникеты, хотя штраф есть за это, даже несколько тысяч.
— Да, дела. И что, много народа умерло?
— Говорят, что по триста человек в день умирают.
— Это в Питере? Немало все-таки.
— Нет, во всей России.
— А, ну это не так много, не десятки и не сотни тысяч — успокаиваюсь я и спрашиваю:
— А что умные люди говорят?
— Что это какая-то разводяга, чтобы уменьшить выбросы, что ВОЗ Билл Гейтс содержит и заказывает музыку, — объясняет Брат.
Потом мы возвращаемся к своим телятам, я узнаю, что Брата провели уже хорошо знакомые с осетинской стороны мужики, а на грузинской территории он сразу же пересел в машину, которая его сюда привезла.
— Ну, до Они я не еду, вылезаю в километре от дороги к Заброшенному дому.
— Связь по Ватцапу, как спустимся — вызовем и поедем, там я уже дорогу знаю на осетинской стороне. Тоже вызовем знакомого, он нас во Владикавказ отвезет.
— Риск есть какой? — интересуюсь я и Брат, как опытный теперь контрабандист говорит, что есть, если проверка какая из Тбилиси или местные развести захотят.
— А, через знакомого из полиции, типа?
— Ну да ничего, разберемся, — машет рукой Брат, похоже, не особо заморачиваясь с возможной проблемой.
Как-то он такой поувереннее в себе стал, раньше чистым рефлексирующим интеллигентом казался, теперь настоящим в себе мужиком попахивает от него.
— Держи на всякий случай, — и он передает мне загранпаспорт старого образца, еще без отпечатков пальцев.
Да, фотография моя, он без бородки, выражение лица не мое, но технически очень похож.
— Мог бы и на десять лет сделать, у нас отпечатки должны оказаться полностью идентичны, — говорю ему я.
— Не стал рисковать, мало ли что. Это в Европу с отпечатками требуют, здесь и такого хватает. Я по нему в том году ездил, так что, уже вполне проверенный.
— Да, Россия — самая демократичная стране в мире, потому что разрешено по два загранпаспорта иметь простому народу, — усмехаюсь я и мы дальше обсуждаем нашу дорогу до Питера.
— Зачем приезжал сюда? — спрашиваю.
— Просто в Батуми приезжал, сюда тоже заехал. Добрался на машине до Они, до поворота к дому Зураба на такси. Потом пешком прошелся. Полежал на Столе, проверился, за год дошел до третьего уровня по силе. Теперь надеюсь, что и четвертый возьму, почти каждый день по два часа в бане провожу, резервуар заполняю. Как ты посоветовал.
— Не заподозрит водитель, зачем ты сюда катаешься?
— Вряд ли, говорю ему, что дела с синагогой имею, поэтому и езжу.
— Ну так сомнительное объяснение, — чешу затылок я.
— В какие бани ходишь? — следующий вопрос.
— В Дягтярные, завсегдатай уже, всех знаю там.
— Понятно, бывал я там.
