— Поэтому тебе придется спать рядом с парнями, они же в городе не ориентируются. Тем более, у меня остался ужин для вас, — и я показываю горячий котелок, который прихватил от наших, откладываю пока пару порций братьям и пару Учителю с Торком.
Только есть им придется по парам, глиняных мисок всего две, больше в доме посуды не нашлось, конкретная бедность видна во всем. Похоже, братья тоже очень голодные, вон как накинулись на мясное блюдо, чем-то напоминающее рагу, проглотили мгновенно и еще подтерли корками подливу.
— Не кормили сегодня после боев. Мы оба проиграли, такое наказание от кодлы обычно положено, — заметив мой взгляд, виновато улыбнулся один из братьев, который Брон.
Я отложил им еще пару порций из котелка, видно, что парни совсем не наелись, а силы им еще понадобятся, тем более, побитые они сильно. Ходят с трудом, за бока и колени держатся, можно потом подлечить обоих.
— Сейчас наши отъезжать подальше уже не будут, темно совсем. На утро закажу еще еды, чтобы перекусить на ходу, появлюсь тоже рано утром, чтобы связать вас с нашими на поле, — я кивнул на братьев.
— С вами, — теперь я кивнул на разведчиков.
— Я буду прикрывать эвакуацию, на коне и с копьем мне тут вообще нет противников. Когда Клея пройдет мимо вашего дома, пусть братья помогут ей, и все вместе идут за город, где вас встретят.
На этом и договорились, я не стал говорить, что один из братьев, после того, как предупредит Клею, может помочь донести ей вещи.
Девушка очень крепкая и сильная, для нее это несерьезный вес, мешок с едой и пара мешков со своими вещами.
Только человек предполагает, а судьба располагает, планы наши посыпались почти сразу же, на скорую руку пришлось вносить исправления на ходу.
Как только я вышел из дома братьев на улицу, сразу же почувствовал, что меня внимательно разглядывают из кустов напротив. Не подав вида, медленной походкой, придерживая копье, направился к трактиру, думая про себя, что делать и где я прокололся настолько, что ко мне уже приставили шпиона.
Ну, где я прокололся — понятно.
Когда заказал еды на двенадцать человек и куда-то ее унес на глазах у продувной рожи трактирщика.
Скорее всего, именно тогда трактирщик с нехорошей такой ухмылкой глядя на меня, забирающего заказ в принесенный с подводы котелок, послал местной братве сообщение о том, что в трактире поселился непонятный дворянин, плохенько разговаривающий на корли, который еще и еды набрал на добрый десяток народа.
Такие непонятные движения приезжего дворянина местные бандиты точно не пропустят, вот и нарисовался соглядатай, который увидел меня сейчас выходящим из дома братьев.
Значит, он смог меня заметить, когда я туда заходил. Скорее всего, что смог, поэтому занял позицию для наблюдения так, чтобы контролировать дом братьев.
«Братья — это собственность местной кодлы, поэтому сразу возникает вопрос, что за дела у проезжего непонятного дворянина с этими придурками, которые сегодня снова проиграли в боях, поэтому не заслужили ничего поесть на ужин», — напоминаю я себе местные расклады.
Думаю, что Ромер, один из главарей местной кодлы, заставляющий жить с собой сестру Гинса, когда до него дойдет эта информация, сразу серьезно задумается и быстро догадается, что в этом деле явно попахивает Учителем, братом его подруги.
«Тогда вопрос только в том, глушить ли шпиона сразу или разобраться со всей кодлой, ну, с теми из них, кто подвернется под мою руку?» — задумываюсь я.
То есть, начинать ли войну сейчас или все же дождаться утра?
Сейчас ночь на дворе, передвигаться непросто, но все же возможно, зато силы врага пока точно не отмобилизованы. Крыша местная в виде дворян со своей маленькой армией появиться может только утром, если вообще появится.
Кто его знает, как далеко они живут от городка?
Утром они могут прискакать в Пельтрум, да и Ромер не оставит свою подругу тогда одну дома, а еще в свете разворачивающихся непонятным образом событий точно прикажет идти с ним на сбор всей банды.
«Да, лучше сейчас начать эскалацию и оказаться первыми, кто нанесет внезапный и беспощадный удар», — решаю я.
Поэтому свернул за угол дома и прошел, сильно топая, мимо кустов, где, дожидаясь соглядатая, накинул на себя невидимость. Зато и затаился прямо около угла дома, а когда следом появился мелкого вида паренек, просто шарахнул его об стену дома маной. Он здорово приложился башкой об местный кирпич и упал без чувств. Потом подскочил к хорошо оглушенному и приставил нож к его шее, от укола филер сразу пришел в себя.
— Хочешь жить подольше, тогда молчи!
Кинжал жестко зафиксировал шею, но паренек что-то попробовал поспорить, начал было сопротивляться, зашарил где-то за поясом руками, наверняка, доставая какую-то острую железяку. Пришлось воткнуть острие на пару сантиметров, тогда дергаться шпион сразу же перестал.
— Руки перед собой, живо, гнида! — прошипел я в ухо паренька, и, дождавшись, когда обе ладони оказались перед лицом шпиона, поволок обратно его к дому братьев.
Через пару минут неспешного шага я сильно постучал головой шпиона о дверь и дождался, пока один из братьев ее приоткроет.
