Так и поступили, открыли первую дверь в коридорчике, поднялись по скрипнувшим несколько раз ступенькам, с помощью одного из ключей, снятых с Ювелира, открыли дверь на втором этаже, за которой оказалась жилая комната с большой постелью, смятой простыней и вся заставленная особо дорогой и качественной мебелью, которой здесь оказалось с избытком.
Похоже, старый жулик питает, то есть, питал слабость к красивым вещам. В ящиках комода нашлось еще немного украшений, пожалуй, самых красивых и дорогих, которые заполнили до конца мешок Учителя. Пришлось потратить немного ценного времени, обыскивая мебель и комнату, из окон которой мы ничего полезного не рассмотрели.
Потом по той же лестнице мы поднялись на третий этаж, где тоже обнаружилась запертая дверь и ключ для нее на связке.
Зато за этой дверью нас ждет сюрприз.
Хорошенькая молодая девушка, просто одетая, с миленьким лицом, испуганная появлением вооруженных незнакомцев.
Она сразу подскочила с кровати, узенькой и односпальной, отбежала к окну, правда не став пытаться открыть его и позвать на помощь.
С девушкой заговорил Гинс, стараясь успокоить ее.
Во время недолгого разговора мы с Торком проверили все окна и признали, что они очень качественно заколочены. Поэтому девушка явно находится в этой комнате на положении пленницы, а мы не сможем, не привлекая лишнего внимания, рассмотреть, как следует, сверху, что сейчас творится на улице.
Поднос с едой и графин с водой стоят на столе, это, получается, дневной паек девушки, которая оказалась наложницей Ювелира, судя по ее словам.
Какой-то купец выкупил ее у родителей в глухой деревушке, частая практика в семьях крестьян Сатума, потом привез в город, которого она так и не увидела. Здесь ее продали Ювелиру для плотских утех и дальнейшей перепродажи новому хозяину…
Или же сразу в веселый дом.
Гинс рассказал нам, по словам девушки, ее два раза очень сильно побили, и купец, и уже Ювелир, чтобы сломить волю к сопротивлению, только не касаясь лица и не оставляя видимых следов на нем.
Сразу возник вопрос, что делать с девчушкой: оставить здесь или просто выпустить на свободу, что, конечно, тоже не вариант для нее.
— Первый раз в большом городе, да она мгновенно попадет в лапы местной кодлы и окажется в веселом доме, — довольно горячо произнес Гинс.
Похоже, девушка приглянулась ему самому, все же он уже почти год проживает в Асторе, никем так и не обзавелся на личном фронте. Она же будет понимать его, как земляка и ментально близкого человека.
— Ты прав, здесь ей некуда идти, и даже выведя ее за границы города мы просто отсрочим на несколько часов момент попадания в лапы бандитов, — признал я. — Предложи ей пойти с нами и скажи, что никто не будет ее обижать.
Похоже, бесправное сидение взаперти с частыми изнасилованиями, иначе такое и не назовешь, осточертело девчушке изрядно. Она сразу же согласилась уйти с нами, стараясь держаться поближе к Учителю, который выглядит поприличнее и точно не так забрызган кровью, как мы с разведчиком.
Мы с Торком спустились вниз, в мастерскую к колодцу, где помогли друг другу смыть следы крови с кожи и одежды, потом девушка помогла Гинсу привести себя в приличный вид. Я подобрал хитрый ключ к замку крепких ворот и, повозившись с ним пару минут, распахнул ворота, осторожно выглянув за них.
Пустая узкая улица ведет куда-то в нужную нам сторону вторых ворот, никого больше не видно рядом.
Я взмахнул рукой, мы все вышли со двора, обойдя смирно стоящую лошадь с подводой. Пришлось опять повозиться, прежде, чем замок на воротах закрылся, отрезал от нас и от всех любопытных двор и дом, где случилось столько всего интересного за последние полтора часа.
Ключи с пояса Ювелира я закинул обратно за высокий забор, вряд ли я когда-то соберусь навестить этот город и лавку, торговавшую качественным золотом и украшениями из него.
Может, в наших мешках оказалось не все добро Ювелира, ведь я забыл камень поиска в своем большом мешке на нашей подводе, соответственно, какие-то тайники могут еще остаться в доме. Но золота и украшений из благородного металла с камнями и так предостаточно нашлось, чтобы все мы прожили счастливую и долгую жизнь в Асторе.
Очень богатым человеком оказался покойник, щедро поделился с нами всем, чем смог, пусть только по принуждению острым ножом в опытных руках разведчика.
Поэтому с немалым сожалением я признал себе, что пора уже идти дальше, довольствуясь тем, что мы смогли найти за час поисков и по указаниям самого Ювелира, выжимаемым из него безжалостным Торком.
— Ольг, а как же наши доспехи? Мы же не забрали их из лавки, — потрясенно спросил Учитель, держа за руку молчащую девушку, с удивленным видом смотрящую кругом на тыльные заборы больших домов, выходящих на главную улицу города.
«Нашел, о чем переживать Учитель, да еще в такой момент», — удивился я.
Только громыхающей подводы нам не хватает для того, чтобы привлечь побольше внимания к своим персонам с обязательным осмотром в воротах.
