О чем говорил сержант, я понял, когда вернулись обе группы, причем одновременно. Не сразу, времени после доклада хватало, поэтому я выслушал Вольта. Тот доложил интересную новость. Мы снова в Крыму. Морзянкой работал миноносец, что стоял заблокированным в порту Севастополя. Особо ценных сведений там не было, просто капитан пытался связаться с командованием Черноморского флота и вызвать помощь. Большая часть его матросов переметнулась к большевикам, которые блокировали боевое судно в порту и пытались вести переговоры, но оставшейся команды и офицеров хватало для управления кораблем. В общем, ему нужна была помощь в деблокировании и выходе из порта. Большевики пока держали корабль на прицеле береговых пушек, но, похоже, терпение их исчерпывалось. Они хотели получить эсминец целым, но в принципе могли его и утопить. Так вот, призывы о помощи не пропадали втуне, на связь вышел крейсер, что шел полным ходом к Севастополю и обещал быть через семь часов. Оборудование у нас было мощным, а когда подняли в небо метеозонд с антенной, так вообще контролировали все вокруг на тысячу километров, сканируя эфир. Радиостанций тут было не так уж и много, но пяток работало. В большинстве своем это были судовые радиостанции.
Когда Вольт закончил доклад, я после раздумий велел готовить технику, интересно было бы посмотреть на Севастополь, тем более до него было меньше двухсот километров, когда вернулись наши охотники. Мик прибыл чуть раньше, и из кузова второго вездехода сбросили на землю пилота. Он был не в летном комбинезоне, – не знаю, дошли ли тут до этого или нет, хотя шлем и был, его Мик держал в руках, – а в офицерской форме. Поручика, если я не ошибаюсь.
Олех, который и командовал взятием красноармейцев, решил устроить шоу. Надо сказать, получилось у него все эффектно, ахнули не только ученики, но и я. Он со своими бойцами вывел пленных со связанными за спиной руками, видимо с них уже сняли «Паралич», из кузова «Урала», после чего выстроил их в шеренгу. Мы с интересом наблюдали за его действиями, хотя пленные были на вид обычными, слегка грязноватыми, засаленная форма, неухоженное оружие, а так все, как и описывалось в хрониках про гражданскую войну. Выстроив пленных красноармейцев, которые с угрюмой безысходностью поглядывали на нас, в шеренгу, сержант подошел к пленному пилоту и, не обращая внимания на недовольство того, покрутил ему голову, давая нам возможность разглядеть его виски и затылок. Поручик был белобрыс и на вид вполне обычный голубоглазый такой блондин, по виду аристократ с длинной родословной. После этого сержант направился к шеренге красноармейцев. Те видом заметно отличались от поручика, невысокие, коренастые, смуглые, черноволосые, судя по бровям, волосы скрывали явно специально надвинутые донизу буденовки. Вот когда Олех эффектным жестом сорвал с первого буденовку, снимая их и с остальных, я громко ахнул:
– Бески?!
Мгновенно сорвавшись с места, я в экстазе стал носиться вокруг всех семерых пленных. Подбежав к одному, я ухватил его за плечо и заставил наклониться, чтобы разглядеть небольшие рожки чуть выше затылка. Совсем маленькие – их можно скрыть волосами, но все же видные.
Олех добился результата, которого хотел: ошарашены были все, лишь я, радостно выкрикивая бессвязные слова, достал из своей сумки хирургический комплект и, найдя отличный скальпель, скомандовал:
– Готовьте стол, сейчас вскрывать будем. Я хочу посмотреть, что у них внутри… О, и этого готовьте, тоже вскроем, – ткнул я пальцем в поручика.
Гоша, староста факультета лекарей, который подбежал на мои крики и тоже совершил радостный танец вокруг красноармейцев, тут же сорвался и побежал исполнять приказ, выкрикивая учеников своего факультета. Вокруг пленных, которые нервничали все больше и больше, начала собираться толпа учеников с вкраплениями спецназовцев. Первым нарушил тишину и задал вопрос майор Круглов:
– Кто это?
Если до этого майор явно был на стороне красных, а не белых, то сейчас пребывал в сомнениях. Поручик выглядел обычным человеком, без лишних деталей, а когда Мик велел раздеть его донага, только убедился в этом. Да и красноармейцы кроме рожек лишних деталей не имели.
– Похоже, бески, но я не уверен. Вскрытие покажет… – оптимистично сказал я, придирчиво разглядывая скальпель и размышляя, не поменять ли его на другой, все-таки у бесков должна быть защита от повреждений кожи. Она на месте разреза уплотнялась.
– Кто такие бески? – терпеливо спросил майор.
Ученики, кстати, тоже с интересом прислушивались, до этой информации мы еще не дошли, это четвертый курс факультета демонологии, его самого у нас не было, но урезанную теорию я им давал, там она будет. Ответить я не успел, это сделал поручик, что, прикрывая руками причинное место, хмуро стоял метрах в трех от шеренги бесков:
– Порождение исчадий ада, вот они кто.
– Это так? – посмотрел на меня Круглов.
