А мальчик и сам был не против. Он и сам успел оскорбиться от произнесенный в свой адрес слов офицера. Получив от меня отмашку, его лицо расплылось в гадкой ухмылке человека, который хочет совершить какую-нибудь пакость.
Алексей схватился за голову и с кряхтением припал на одно колено.
- Константин Георгиевич, прекратите, - с озабоченностью сказал товарищ Алексея.
- Кончай, парень, - сказал я, но мальчик прекращать не думал, из-за чего получил щелбан по носу, - хватит, говорю.
Митя принялся усиленно растирать нос, заканчивая применять силу. Алексей облегченно выдохнул и попытался встать, но ноги у него были сейчас ватными.
- Ну что, позовете Марту? - Эффект мальчик произвел какой надо, из-за чего я немного успокоился.
На лицах офицеров читалось сомнение, как им будет лучше поступить. Они переглянулись друг с другом, словно желая переложить ответственность за принятие решения на своего товарища. Сделать выбор им так и не пришлось, так как на дорожке появился сам граф Тетерев.
Все мои планы рушились на ходу. Вряд ли получится назвать хотя бы одну причину, по которой стоит приютить этого мальца у себя. И куда я с ним пойду на ночь глядя? Не к себе же тащить в отель. На меня все косо смотреть начнут в городе, когда слухи пойдут. Решил, называется, поиграть в работника социальной службы.
Граф шел по дорожке в расстегнутой на все пуговицы рубашке, немного длинноватых черных брюках и японских деревянных тапочках на босую ногу. Под одеждой просматривались кубики пресса и крепкие грудные мышцы. И как граф без химии так неплохо натренировался? Мой товарищ Володя имел примерно такую же фактуру, но он и из зала почти не вылезал и отказывался идти пить с нами, даже не прельщаясь на слова, что к нам заглянут знакомые девчонки из мединститута. Стоп, не о том думаю.
Раз уж притащился с пацаном к графу, то не бросать же дело на конце пути. Если примет к себе на опеку, то отлично. Не будет же он меня за просьбу в морду бить? Ай, была не была.
- Август Христофорович, - обратился я к нему, забыв произнести подобающее для графского титула обращение, - я тут парнишку привел. Он хоть и беспризорник, без отца, без матери, но хороший. А еще умеет пользоваться магией. Стало быть, родственники знатные у него есть. Не возьмете его на время к себе? Хотя бы на время, пока не пристроите куда-нибудь.
- Ты дрался из-за него? – Задумчиво спросил граф, осматривая мою пыльную потрепанную одежду.
- Не без этого, - уклончиво ответил я.
- Любомирский в своем репертуаре, - протянул Тетерев с загадочными нотками в голосе, которые показались мне грустью.
- Ну как, возьмете? – С надеждой спросил я и попытался благожелательно улыбнуться, что получилось у меня по странной причине через силу и внутреннее сопротивление.
Граф Тетерев присел на корточки у ворот и с интересом вглядывался в лицо Мити. Для тринадцатилетнего он был немного низковат, из-за чего даже стоя на ногах был ниже рослого графа. Беспризорник и аристократ поиграли друг с другом в гляделки на протяжении минут. Граф выпрямился и открыл ворота. Коротким взмахом головы он пригласил Митю войти внутрь. Что он такого в нем высмотрел, я даже боялся представить. Но, судя по всему, моя афера удалась. У меня на лице появилась горделивая ухмылка за то, как я все мастерски разрулил. Почувствовав небывалый приток уверенности, мне захотелось спросить у графа кое-что.
- Август Христофорович, - я окликнул удалявшегося графа.
Тетерев остановился, но оборачиваться в мою сторону, судя по всему, не собирался.
- Август Христофорович, а почему вы попросили Лазарева взять меня на рейд к пиратам?
- Я не просил такого, - коротко ответил он и побрел дальше, давая понять, что разговор со мной он продолжать не намерен.
Очень странно. Генерал-губернатор отсылался как раз на то, что это граф Тетерев просил за меня. Ничего не понимаю. Что толку стоять и забивать себе этим голову? Раз все дела за день решил, то можно и с чистой совестью пойти на отдых.
- Что смотрите, господа? – Моя улыбка стала желчной, когда я посмотрел на удивленные лица людей у ворот, - у Любомирских свой репертуар.
Прощания сейчас были излишни. В гордом молчании я побрел в сторону отеля.
Когда я подходил к ставшему мне домом зданию, на небе мелкой россыпью проступили звезды. По лестнице подниматься было тяжело и больно. Вдоволь наистязав себя об ступени, я пожалел, что не научился летать.
Патологоанатом быстро открыл дверь. Мне даже не пришлось второй раз долбить дверь.
- Здравствуй, Дмитрий, подлечишь меня немного? – Устало попросил я.
- С лестницы упал что ли? – Благодаря своему росту ему была видна рана на моем затылке.
- Пробовал летать. Не получилось.
- Проходи, подлечим, - воодушевленно сказал он, впуская меня в номер.
В номере пахло стойкий перегаром от крепкого алкоголя и свежестью мандариновых корок. Вот только цитрусовых на столе я не увидел, но зато бутылок был целый ряд.
- Ваши же уплыли всем скопом, - проговорил Дмитрий, проводя какие-то шаманские ритуалы над моей головой, - а тебя забыли?
