Когда мы вышли, телохранителей не было! Честно говоря, я не мог понять, как такое могло быть, по-хорошему они должны были следить за домом и никуда не уходить, и уж точно должны были за десять минуть придти на сигнал. Нда, где была моя паранойя, такого подвоха я не ожидал. Теперь нам надо суметь самим добраться до отеля без приключений.
Не получилось! Не успели пройти и сотни метров — попали в засаду местной банды. Спереди нам путь перегородили двое, сзади трое. Нда, пипец.
Филин вытащил свой меч. Блин, герой! Вот скажи мне, герой, что ты сделаешь своим, по сути, длинным кинжалом против четверых взрослых, вооружённых настоящими мечами, и вон с тем громилой с боевой секирой? Он же твой кинжал даже не заметит. Двое толком не обученных детей с короткими мечами против пяти опытных взрослых — это уже даже не смешно. И по чьей прихоти мы в это вляпались? Ладно, использую последний козырь.
Быстрый шёпот Филину: «Скажу раз — закрой глаза!»
— Ой, дяденьки, не обидти сиротиночку… РАЗ!
Сам зажмурился и ударил первой склянкой о мостовую. Яркая вспышка, яркая даже за закрытыми глазами.
— Фил, бежим!
За несколько секунд мы проскочили мимо двоих ослеплённых бандитов, загораживающих проход по улице вперёд, «а вот тебе два, сказал Штирлиц», — и я долбанул вторую склянку прямо у себя под ногами, продолжая бег. Из склянки повалил чёрный дым, напрочь закрывший нас от бандитов, которые вот-вот придут в себя (они теперь даже не поймут, в какую сторону мы побежали). И самое главное, дым закроет нас от их луков или арбалетов, если они у них есть.
Буквально через несколько секунд мы налетели на отряд наших телохранителей, которые бежали в нашу сторону с взведёнными арбалетами в руках. Начальник наших телохранителей начал песочить Филина за наше бегство, прямо там же, на улице.
Но меня не оставляло странное чувство, что что-то здесь не так. И внезапно я понял, что тут не так — ВСЁ!
Впрочем, я решил обдумать эту мысль в более спокойной обстановке. И вскоре мы с телохранителями, наконец, благополучно вернулись в наш отель.
Я начал обдумывать это странное нападение, точнее, странное поведение наших телохранителей. Начальник телохранителей знает своё дело, а значит, глупых ошибок совершить не мог. Почему телохранители не пришли вовремя на сигнал? Конечно, была ночь и на них мог кто-то напасть, но в это слабо верится — какой смысл нападать на троих опытных воинов, если у них всё оружие с амулетами одного владельца, а почти все деньги на кертах? Кому надо ради одежды и той мелочи, которую не успели положить на керты, так рисковать жизнью?
Второй вопрос, почему начальник телохранителей начал ругать Фила прямо там, на улице, а если бы бандиты решили отомстить, и нам в спину полетели стрелы из ближайшей подворотни? Почему сначала не отвёл нас в безопасное место? Да и бандиты не выглядели ни удивлёнными от появления наших телохранителей, ни раздосадованными нашим бегством.
Предательство телохранителей? Не похоже, если бы хотели нас убить, то это проще было бы сделать днём в городе или просто вооружить бандитов арбалетами (тогда мы бы пикнуть не успели, не то что сбежать), если бы нас хотели похитить, у бандитов были бы ловчие сети, а не мечи.
Следовательно, вывод один — это был очередной урок для Филина. Отец прекрасно знал характер сына и сначала дал ему погулять на полной свободе и понять, что ничего особенного в алкоголе и сигаретах нет, а потом объяснил, чем такая глупость, как побег от охраны, может закончиться. В общем, если бы не мои склянки, мы бы увидели миниатюру «Чип и Дейл спешат на помощь» в исполнении наших телохранителей. Теперь, как минимум, на оставшееся время отпуска Фил будет вести себя тише воды, ниже травы.
— А я Длакона удалил лаз, лаз, бамс, бамс… потом с левой бамс, потом с плавой…
В одной руке я держал прутик, которым размахивал под каждое своё слово, в другой деревянную, плохо вырезанную и не покрашенную статуэтку дракона. Так потихоньку приближался к нужному мне месту.
— И вот я ево… ой, улонил…
Статуэтка чисто «случайно» упала на подстилку, где сидели две очень симпатичные тринадцати-четырнадцатилетние девчонки, одна блондинка, вторая брюнетка.
— Изфините… меня кстати Ти, зофут, а фас?
Так, нагибаем голову на плечо и смотрим на девчонок — этикетка «ангелочек вылитый обыкновенный». Ура, улыбаются, работает…
— Меня Элла, а её Лин. А сколько тебе лет?
— Мене? Фесть, фочти. А вы очень класивые! Вы плинцессы?
Так, комплименты работают, вон какие довольные личики стали. Всё идёт по плану.
— Да ну что ты, мы всего лишь маркизы. Мы сёстры, — засмеялись они.
— А можно я буту фашим лыцалем? Хотя, пусть лутце вашим лыцалем бутет мой блат. А я его олузеносцом. Фот он идёт, Фииил, Блат!
— Знакомьтесь, фот мой блат, Фил. Он гелой! А это Элла и Лин, они плинцессы.
— Маркизы, — засмеялись они.
Так, незаметно наступаю Филину на ногу, я, что ли твою реплику буду произносить?
— Я очень рад знакомству с вами, прекрасные сеньоры.
— Плафта, они класивые?
— Да, очень красивые.
Отлично, сам сказал, Филин, ты не безнадёжен.
