Ранее Синь Ся хотела остаться в храме феи, чтобы совершенствовать свои навыки в исцелении и магии благословения. Ее чистая непорочная душа жаждала помогать нуждающимся людям. Мо Фань был уверен, что она пробудет здесь более долгое время.
— Да, думаю так будет лучше. Я вернусь в страну, и буду там более полезной, — ответила Син Ся.
— Конечно! Так или иначе, ты уже многому научилась. Здесь так много ограничений. А вернувшись, мы сможем делать, что только душа пожелает, — поддержал Мо Фань.
— Мне нужно идти. Иначе меня обнаружит охраняющий рыцарь. Я сказала ему, что хочу проветриться и не буду выходить за пределы территории храма феи. Во время выборов нам запрещено видеться с посторонними людьми, — тихо промолвила Синь Ся.
— Эх, ладно, ладно. Когда все это закончится мы вместе вернемся в Шанхай, — ответил Мо Фань.
Он тоже сделал свой выбор.
Им нужно было быстрей расходиться, потому что в их сторону уже бежал с гневным видом рыцарь серебряного месяца. Заметив инвалидную коляску Синь Ся, он сразу понял, что это святейшая.
— Прошу вас, вы не должны ходить куда попало! В противном случае мы будем вынуждены принять соответствующие меры. И вы ни в коем случае не должны обижать святейших.
Глядя на молодого рыцаря серебряного месяца, Мо Фань даже не знал, что ему ответить.
Почему-то все люди Парфенона казались ему недалекими.
— Я просто решил прогуляться после плотного ужина. Какие-то проблемы? Я не нарушал никаких границ, — Мо Фань с неохотой начал объяснять очевидные вещи.
Эти рыцари строго придерживались древней классовой системе, в наше время такое мало где встречается, но это их личное дело.
Матушка приехала только на четвертый день. Покинув Афины, она тут же направилась на вершину горы, прилегающую к Средиземному морю, чтобы провести ритуал восхваление духовной печати.
Сначала все думали, что на этом торжественном событии будет много зрителей, но в итоге, магов увели в оторванное от мира место. И хоть это место на вершине горы было прекрасным — отсюда можно было увидеть воды Средиземного моря, для магов, которые надеялись получить славу, эти надежды обрушились.
После окончания церемонии, нужно было культивировать целый месяц. В это время магам нельзя пользоваться магией, лучше всего полностью посвятить себя культивированию, чтобы впитать в себя восхваление духовной печати до конца.
Возраст матушки невозможно было определить. Серьезная и добрая, она была немногословна. С начала и до конца церемонии обо всем говорила Тису — просвещенная Парфенона.
Восхваление духовной печати проводилось сначала на одном, затем на другом студенте. Первым был Мо Фань, в конце концов, он этого заслужил. Говорят, что тот, кто попадал первым под восхваление, на том восхваление отражалось сильнее всего.
*********************……
На вершине горы матушка неподвижно стояла под деревом вопрошания к небу. Одеяние, которое стало золотистым на солнечных лучах, ниспадало с тела матушки на землю. Бормотавшая что-то матушка светилась священным светом. Словно эхом песни отдавалось щебетание матушки по горам.
Матушка махнула в сторону Мо Фаня рукой, это означало, что пришел его черед.
Мо Фань подошел к матушке. Рядом стоявшая просвещенная тихо подала знак магу, чтобы он преклонил колени.
Мо Фань поднял голову, чтобы взглянуть на матушку, но она не обращала на него никакого внимания, лишь подав Мо Фаню знак опустить голову.
Матушка легонько коснулась ладонью лба Мо Фаня. Ее бормотание достигло самого важного момента, скорость речи увеличилась. Мо Фань, который стоял на коленях с закрытыми глазами, ощутил, что священные музыкальные инструменты, которые играли рядом, создавая божественную атмосферу, прогнали из его головы какие-либо мысли.
Словно впервые пробудив свое сознание, Мо Фань почувствовал, как в его духовном мире разгорелся яркий свет. Свет этот окутывал его звезды, и они словно плавились.
— Сосредоточь свои духовные силы и мысленно направь их на тот элемент, который хочешь благословить, — напомнила рядом стоявшая просвещенная Тису. В этот раз тон ее речи не был очень дружелюбным. Как будто ей не нравилось, как Мо Фань преклонил колени.
Восхваление небесной печати за раз может усилить только один элемент. Мо Фань уже хорошо обдумал, какой элемент он хотел бы усилить — элемент молнии. Сосредоточив все свои духовные силы на этом элементе, он усилил мощь элемента молнии.
Вскоре божественный свет озарил галактику элемента молнии. Вся галактика излучала мистический свет, поэтому звезды тоже засияли.
Сначала звездочки становились то сильнее, то слабее, в какой-то момент они должны были вот-вот исчезнуть. Но постепенно они стали очень сильными.
В основном, силу магии элемента благословения, включая магические предметы и инструменты, можно было усилить только временно. Но благословение духовной печати ставило печать в звездной системе мага, усиливая всю систему. В будущем, при переходе от галактики ко вселенной, на каждую новую звездочку тоже распространялся свет этой печати.
