Но тут в его голове возник другой вопрос. Если тотемные животные могут передать свою силу только во время перерождения, а его талисман питается только такой энергией, значит, чтобы накормить талисман, ему придётся не только найти тотемное животное, но и убить его??
Одолеваемый странными и мрачными мыслям, Мо Фань уселся поудобней. Он почувствовал как талисман начал атаковать его внутренний барьер культивации.
Огонь второй ступени высокого уровня.
Молния первой ступени высокого уровня.
Тень первой ступени высокого уровня.
Призыв первой ступени высокого уровня.
Пространство первой ступени высокого уровня.
Пятая граница духовного мира.
Мо Фань сосредоточился на элементе молнии. Судя по уровню культивирования, сейчас он ближе всего к прорыву именно в этом элементе.
Чем выше уровень, тем больше времени маги должны посвящать культивированию. Тем более Мо Фань, который не только долгое время не развивал элемент молнии, но у него даже не было средств на это.
Барьер разрушился очень быстро. Элемент молнии уже давно находился на первой ступени, и стоило талисману немного помочь, как он продвинулся на вторую ступень.
С продвижением на каждую ступень, для мага становятся доступными определенные приемы. К тому же происходит улучшение его силы контроля и душевных сил. Для элемента пространства Мо Фаню требовалось развитие собственного духовного мира, поэтому это было очень важно!
Ему удалось легко продвинуть элемент молнии, но этого было недостаточно. Остальным элементам тоже требовалось существенное продвижение. Элементы тени, пространства, призыва… все они тоже смогли сделать прорыв, стоит только Мо Фаню взяться за них.
— Оказывается уровень твоего культивирования не так уж и высок, — Юй Шиши видела, что Мо Фань сделал прорыв в элементе молнии.
— Что, хочешь отмстить за своих мотыльков? — Мо Фань поднял брови.
— Хмм!
Юй Шиши была удивлена, что уровень культивирования Мо Фаня оказался гораздо ниже чем она ожидала. Ведь с его боеспособностью, очень мало магов высокого уровня могут соперничать с ним…
Так много элементов. Насколько же увеличится его боеспособность, если он разовьет все элементы до полного высокого уровня??
Северная граница Синьцзяна.
— Ты спрашивала меня, почему мы здесь так уважаем девушек. Это потому что у нас есть много преданий, в которые мы слепо верим… — на ходу сказал пожилой пастух.
На встречу дул мягкий чистый ветер без единой пылинки. При глубоком вдохе, кажется внутри тебя появляется густое природное благоухание этих земель. Вокруг были лишь просторы, ни лесов, ни гор, ни городов. Впереди была лишь ровная земля и ровная линия горизонта, соединявшаяся с сине-красным небом…
Время от времени в земле появлялись мелкие ручьи, похожие на тонкие серебряные ленты, инкрустированные в бескрайние просторы земли. Чистое течение ручья представляло собой прекрасное зрелище.
— Предания, я очень люблю их. Через предания какой-либо местности можно понять о степени невежественности местных жителей, — лениво ответила девушка в черных очках.
— Тогда тебе стоит послушать это историю, и решит самой, глупая она или нет. В старые времена эти равнинные земли были очень безжизненным местом. Трава не росла в сухой земле, воды почти не было, к тому же повсюду обитала саранча. Местные жители еле выживали. Скот становился все слабей, не было ни молока, ни мяса, и тем более скотина не могла работать в поле… — пастух взмахнул кнутом.
— Банальное начало, — ответила девушка.
— Для того, чтобы люди не покинули родные места и не превратились в скитальцев, молодая девушка по имени Цицигэ решила забраться на гору, потому что она знала, что вода всегда течет сверху. Она очень долго поднималась и очень высоко забралась. Наконец она обнаружила источник, но вода в нем замерзла, потому что наверху было намного холодней.
— И как она поступила? — девушка начала интересоваться рассказом старика.
— Она не имела никаких сил, только лишь чистое сердце и искренне желание помочь крестьянам. Она сняла с себя всю одежду и обнаженным телом обняла кусок льда, который преградил источник. Она использовала теплоту своего тела, чтобы растопить лед. Талая вода стекала по ее телу и втекала в русло. Поэтому горный поток и мелкие ручьи несут в себе аромат ее девственного тела… Водные артерии наполнились вновь и эта земля снова ожила. А… вот это и есть статуя Цициге, девушка обнимающая лед. Своими объятиями она возродила наш спасительный источник, — старик указал на статую впереди.
Прямо перед ними стояло одинокое изваяние. Это была фигура девушки, выбеленная настолько, что казалась сделанной из льда. Форма была настолько абстрактной, что без дополнительных разъяснений, скульптура казалось непонятным обелиском.
— Ах вот оно что. Теперь понятно, почему практически всех девушек в округе зовут Цициге, — девушка рассмеялась.
— Да. Каждая девушка для нас все равно что милость божья. Каждая семья очень гордиться, если у них рождается дочь, — старик простодушно улыбнулся.
