— Мать вашу, мы просто хотели поесть дикого мяса, вам то какое дело? Вы думаете, что Альпы
— это ваша собственность?!
— Чжао Мань Янь разозлился не на шутку, тыкая пальцем в патрульный отряд.
— Собирайте свои вещи, иначе это будет выглядеть так, словно вы оказываете нам
сопротивление. И тогда уже не жалуйтесь на то, что мы отнесемся к вам невежливо! — сказала
девушка — патрульная.
— Что значит невежливо? Если вы тронете хоть волосок на моей голове, я вам покажу! — Чжао
Мань Янь уже был сыт по горло высокомерием и надменностью местных студенток, поэтому
разозлился.
— Старик Чжао, перестань… — Мо Фань пытался успокоить разгневанного Чжао Мань Яня,
смеясь, он сказал девушке из патруля: «Мы сами вернемся, зачем вам задействовать весь
отряд только для нас троих.»
— Собирайтесь, мы не причиним вам зла, — ответила
девушка-патрульная.
Место наказаний — это светло-голубой замок, который был построен прямо в горе. Патруль
тоже находился здесь, он был ответственен за безопасность Альпийского университета,
включая наказания провинившихся студентов.
Уже была поздняя ночь, они вошли в здание, окруженное высоким каменным забором.
Девушка — патрульная принесла с собой остатки недоеденного кролика, поймав парней с
поличным!
Учитель отдела наказаний как раз в это время ужинала. Возраст ее был примерно таким же, как и у Хайди. К тому же, она выглядела очень женственной и утонченной. Но, к сожалению, от нее исходил холодный и строгий дух.
На ней было простое холщовое платье, тело ее было полностью закрыто этим платьем, даже
на шее был длинный воротник. Руки ее покрывали перчатки, ноги — высокие ботинки, а лицо
скрывала газовая ткань, за которой можно было разглядеть ее бесчувственный холодный
взгляд.
Кроме лба, не видно было других открытых частей тела.
Чжао Мань Янь и Мо Фань видели ее до этого и обсуждали то,
что эту женщину наверняка очень сильно душевно ранили,
поэтому она решила скрыться от взглядов других людей. Кто бы знал, что вскоре они
окажутся у нее в руках. И теперь она нанесет им душевные раны!
— Я редко встречала таких гостей, как вы, которые совсем не считаются с правилами нашего
университета, — с ненавистью сказала Бланка.
— Мы ведь находились за территорией университета, — ответил
Чжао Мань Янь.
— В правилах сказано, что нельзя убивать животных, населяющих Альпы! — гневно ответила
Бланка.
— Альпы протянулись на несколько стран, разве вы отвечаете за них?
— Я думала, что вы пожалеете и раскаетесь о своем поступке. Оказывается, вы ищете себе
оправдание, — Бланка подошла поближе, в помещение раздалось эхо от звука ее каблуков.
Остальные девушки из патрульного отряда постепенно удалились. Чжао Мань Янь, Мо Фань
и Му Бай стояли молча. Почему они чувствуют себя так, будто они убили не зайца, а
человека. Столько давления со стороны университета. Что это вообще, учебное заведение или
психбольница?
— Учитель Бланка, извините нас, мы снова доставили вам неудобства, — профессора Ли и Чжэн
подошли к магам.
Ли Симэй и Ши Цзюньшэн тоже пришли. Ли Симэй удивленно смотрела на трех парней, а на
лице Ши Цзюньшэна было написано злорадство.
Затем подоспели Эдит, Хайди и Ширли. Девушки переглянулись, в душе ликуя. Мо Фань
перехватил этот взгляд и понял, что Ширли и Эдит донесли на них. Какие же они противные!
Именно они сказали Мо Фаню и остальным, что у Альпийского университета нет строгих
правил, как будто специально хотели, чтобы парни что-нибудь натворили.
Мо Фань не знал, что эти двое не остановятся. И если он их не проучит, то он не Мо Фань!
— Бланка, я думаю, они не поняли правил нашего университета.
Они наверняка думали, что эти законы распространяются только на территории университета, не нужно их наказывать, — подошла учитель Далан и выступила за магов.
— Правила были установлены, чтобы их выполняли. И не зависимо от того, кто их нарушил, студенты нашего университета или другого, они должны понести наказание… — сказала
Бланка.
— Какое еще наказание? — спросил Мо Фань.
— Тюремное заключение на 15 суток, — ответила Бланка.
— Какая разница, ваше учебное заведение — это и так тюрьма, расположенная в горах. А во
время заключения будут давать мясо? — спросил Мо Фань.
— Это провокация? — Бланка тут же направила свой острый взгляд на Мо Фаня.
— Мо Фань, перестань. Признайте свою ошибку и все будет хорошо, — сказал профессор Чжэн.
— Да, в чужой монастырь со своим уставом не ходят, нужно просто соблюдать правила…
…………
Выяснение обстоятельств продлилось до второй половины ночи.
В итоге, Чжао Мань Янь, Мо Фань и Му Бай были отпущены домой, но им было не до сна.
Сидя в кабинете, Чжао Мань Янь ходил из стороны в сторону и ругался: — Со мной никогда не
случалось такого позора, чтобы я приносил свои извинения кролику!
— Верно, двух этих сучек надо как следует проучить! — когда
Мо Фань вспомнил о ехидной улыбке Ширли и Эдит, его тут же бросило в дрожь от гнева.
— Короче, я сделаю снотворное, а вы только попробуйте почитать мне нотации! — Чжао Мань
Янь был вне себя от гнева.
— Твои меры слишком циничны. Хотя… я думаю, нужно уничтожить в них монашек. Если их
