— Мы уже стали намного сильнее, чем были прежде, и мы не допустили множество трагедий, подобных трагедии в городе Бо, но появление пирамиды, загробной нежити…наших сил здесь недостаточно…. Брать Фань подобно тебе продолжает отчаянно биться, а все, что смог сделать я, так это прийти сюда….
— Я знаю, что он будет биться до последнего вздоха….
— Умоляю! Спаси его!
Черные доспехи сидели на прежнем месте, не шевелясь. Казалось, что он ничего не слышал, или ему было до лампочки. Но он все слышал, все видел, и это был не Чжань Кон….
Чжан Сяо Хоу медленно поднял голову, смотря на доспехи.
— Старшина, твоя подруга….
— Все говорят ей, что ты умер, однако она отказывается верить. Она говорит, что видела тебя в том ущелье….
— Она, как и мы, верит в то, что ты жив.
— Она сказала, что будет ждать твоего возвращения, также как и я с Мо Фанем. Вполне возможно, что с этого дня тебя будем ждать только я и она….
Чжан Сяо Хоу после этих слов поклонился и медленно развернулся, чтобы уйти.
В небе появились сверкающие молнии пепельного цвета, что с бушующей силой ударили по нежити!
И хотя магия пепельного когтя молнии смогла уничтожить порядка десяти тысяч мертвяков, все войско нежити от этого пострадало несильно и даже внешне не уменьшилось.
Тело Мо Фаня разгоралось все сильнее. Его молнии обрушивались на руины великой стены, убивая бурлаков, что уже устремились в сторону поселения Юйлинь, превращая их в пепел….
*Рычание
Сфинкс проревел во весь голос — этот маг его просто выводил из себя, однако чем дольше длился бой, тем больше возрастали силы нежити.
— Кара молнии! — прокричал Мо Фань, стоя на руинах.
Вся энергия стихии молнии с территории радиусом в сто километров стала скапливаться на расстоянии метра от мага, создавая маленькую сферу, и хотя эта сфера не расширялась в площади, она обладала просто убийственной разрушительностью!
В этот момент как раз подоспел сфинкс, и поток молний кинулся на него, заставляя всю нежить вокруг разлететься в разные стороны!
Песок и камни падали на землю — ни одному мертвяку в радиусе нескольких километров не удалось уцелеть!
Молнии стихли, но Мо Фань еще раз выпустил магию, и электрические разряды вновь всколыхнули территорию, отчего нежить, шедшая позади, больше не осмеливалась приблизиться.
Тело сфинкса было изранено. Он вылез из толпы мертвяков, недоумевая, как Мо Фаню удается останавливать их всех!
— Вы же мой загробный народ.
Внезапно откуда-то раздался голос. Свечение пирамиды Хеопса донеслось до Мо Фаня в виде острых пик.
Сфинкс поднял голову и, увидев свечение, перепугался. Он тут же опустил взгляд на свои лапы, которые втягивались в землю.
Мо Фань все также стоял на руинах и смотрел вдаль.
Пирамида Хеопса находилась очень далеко, и раз уж ее свечение достигало этих мест, то ее силе можно просто изумиться!
Световые копья попадали вниз, пронзая стену.
Одно из копий упало и в стороне Мо Фаня, и он никак не мог препятствовать этому — каждый удар копья силой приравнивался к мощи сфинкса!
Стене не было нанесено никакого урона, зато Мо Фань мог ясно ощущать, как лучи пирамиды пронзают его, ослабляя его энергию.
Тело мага теперь было неустойчивым, эта атака могла любого подчинить себе.
*Бац
Наконец, эта сила заставила его опуститься на колено, притягивая все его тело к земле.
Мо Фань стиснул зубы. Несмотря на силу лучей, он изо всех сил не позволял второй ноге преклониться. По его телу бежал пот, а кожа разрывалась от оказываемого давления.
Божество смерти….
Это и есть настоящая сила бога смерти?
Однако Мо Фань все никак не мог понять, что представляет из себя этот бог из пирамиды. Неужели его силы и правда достигают сверхграниц, что даже его демонизация становится подавляемой?
Со стороны загробной пирамиды вновь донесся звук, что волной накатил вокруг. В этот раз этому звуку подчинилась не только вся нежить, но и остатки великой стены рухнули окончательно — мертвяки с новым воодушевлением бросились в сторону городов на человеческий запах!
Теперь не было смысла в том, что Мо Фань ценой собственной жизни защищал Чжэньбэй….
К тому же совсем скоро его нога не выдержит, а его тело и так перерасходовало всю энергию!
Совсем обессиленный Мо Фань, услышав оглушительный рев нежити, теперь точно знал — все кончено….
С самого начала он давал себе установку, что будет биться до последнего, и сейчас его измотанное тело, казалось, больше не было ни на что способно….
Теперь у него не было энергии даже просто подняться на ноги. Он сам знал, что не выдержал те полдня, что требовались.
Его ноги дрожали, а сам он молился, чтобы не упасть на колени перед пирамидой, признав ее величие!
Сердечная горечь проступила слезами на его глазах….
Демонизация беспрерывно ослабевала, а его черные от демонизации глаза, наполненные слезами, теперь совсем казались бездонными.
Если совсем ничего нельзя изменить, тогда в чем был смысл такого упорного культивирования? В чем смысл, если противостоять этим фараону и божеству нереально?
