Он также написал о подозрениях девушки, что у ее отца есть женщина на стороне.
— Саба знал, что хозяин выращивает опийный мак. Его опыт говорил ему, что у того наверняка есть еще другое место для выращивания. Он написал: как забавно, что его дочь думает, что отец нашел себе женщину, хотя тот на самом деле занимается нелегальным бизнесом! — сказал Му Бай.
— Поэтому дочь умерла? Черная церковь боялась, что она проболтается о чем не следует? — спросил Чжао Мань Янь.
— Да. Саба оказался гораздо смышлёней, чем мы думали. Хозяин даже не подозревал, что его маскировку раскрыл нерадивый работник. Но Саба не знал, что он работает на черную церковь, — сказал Мо Фань.
В своем дневнике Саба детально описал свои догадки о другом маковом поле хозяина. В том месте, куда он часто уезжал в командировки, климат, влажность, солнце, почва — все условия идеально подходят для выращивания мака!!
— Салан не могла исчезнуть без следа, она явно ждет, пока мак созреет в лесу. Значит, она находится где-то здесь поблизости! — сказал Мо Фань.
— Не лучше ли нам передать самые важные улики Священному суду или Магическому суду? Пусть сами решают это дело, а нам не придется ввязываться, — сказал Чжао Мань Янь.
— В Священном суде сидят одни глупцы, именно они позволили Лэн Цзюэ уйти из тюрьмы. У меня не осталось больше никакого доверия к Священному суду. Китайский магический суд способен на большее, но его членам сложно оформить разрешение на ведение дел за рубежом. Остальные страны не позволят Китаю вмешиваться в дела, происходящие в их владениях, — сказал Мо Фань.
— В смысле? Нам опять придется самим со всем разбираться? — Чжао Мань Яню хотелось плакать.
— Да, нам нужно будет вести расследование самим, иначе улики будут перехвачены Черной церковью. Ради того, чтобы сохранить жизни более высших слоев, члены Черной церкви готовы идти на ужасные убийства. По правде говоря, мне не хочется в это впутывать слишком много людей, — серьезно сказал Мо Фань.
— Да… Рыцарь золотого солнца Цзян Бинь потерял глаза… Даже если такой человек, как он, не смог предотвратить зло членов черной церкви, то, как нам удастся уберечь других людей, более низших слоев и уровней магии? — вздохнул Му Бай.
Му Бай винил себя.
Если бы ему раньше удалось сопоставить все факты и понять, что это проделки Черной церкви, то Цзян Бинь по-прежнему был бы цел и невредим.
— Я, конечно, верю в нас, но… Может, нам пока оставить это дело и отправиться на поиски тотема вместе с Цзян Шаосюй и Лин Лин? — сказал Чжао Мань Янь.
Чжао Мань Яню казалось, что поиски тотема были гораздо безопаснее всей этой заварушки. События, связанные с Лэн Цзюэ, оставили в голове Чжао Мань Яня очень глубокие воспоминания. Он не хотел снова переживать ситуацию, где смерть поджидала тебя за углом…
— Лин Лин и Цзян Шаосюй пока приостановили свои поиски, так как не нашли новой информации о тотемах. Кстати, не надо и им рассказывать о нашем деле, — сказал Мо Фань.
Противостояние Черной церкви всегда опасно для магов, тем более, для Лин Лин — она ведь еще такая молоденькая. Мо Фаню очень не хотелось, чтобы Черная церковь взяла Лин Лин себе на заметку.
Перед каждой битвой с Черной церковью даже Мо Фань внутренне готовился умереть, как Сюй Чжао Тинь.
— Ага, если думаете, что я нерешительный слабак, то так мне и скажите. Я и не горю желанием участвовать во всем этом. Буду жить как наш погибший знакомый Саба — не связанный никакими обязательствами. Лучше уж так, чем день за днем бороться непонятно за что! — злобно сказал Чжао Мань Янь.
Закончив свою речь, Чжао Мань Янь заметил, что Мо Фань и Му Бай пристально смотрят на него, парень сразу почувствовал себя неловко и решил выругаться напоследок: «Вот же вы меня достали! Ладно, я с вами. Боюсь, что без меня Черная церковь изрежет вас на кусочки и даже имени не спросит. Вы в курсе, что на моем фоне вы очень уныло выглядите? Как вообще девушки обращают на вас внимание?»
Мо Фань не понимал Чжао Мань Яня, иногда тот вел себя как настоящая девчонка: хочет сказать «да», но отказывается, или наоборот.
— Кстати, еще кое-что. Тебе нужно пойти к своей любовнице, и поблагодарить ее. Если бы не предоставленная ей информация, я бы так и не понял, что Харон — член Церкви ворона, — сказал Му Бай Мо Фаню.
— Любовнице? Ты что несешь, мать твою? Нас с Азалией связывают только чистые дружеские отношения! — сказал Мо Фань.
Му Бай и Чжао Мань Янь не понимали, с какой стати святейшая Парфенона должна помогать какому-то Мо Фаню, если их не связывают любовные отношения. Мо Фань говорит, что у них дружеская связь и выгодный обмен информацией, но вряд ли Мо Фань мог чем-то помочь Азалии, тогда как наоборот, информация, которую доставала Азалия, была очень важной!
— А я думал вы спите друг с другом, кто же знал, что у вас чистая дружба? — Чжао Мань Янь сделал удивленный вид.
