— Обычно ко всем церемониям Парфенона мужчины не допускаются. Власть женщин в Парфеноне ничуть не уступает власти женщин в Альпийском университете. Но он смог участвовать в церемонии, причина только одна… — рассуждал Чжао Мань Янь, — знаешь, что такое рекламные вставки? Например, смотришь прекрасное кино и тут появляется логотип или слоган?
— Хочешь сказать, что Парфенон делает ему рекламу? — изумился Мо Фань.
— Ну можно и так сказать. Но этот парень очень необычен. Даже если член несметно богатого клана попросит о таком, то Парфенон и взглядом его не удостоит. Мо Фань, боюсь, ты потерял все свои позиции, ну как минимум в сердце Азалии, — сказал Чжао Мань Янь.
— Придурок, она же святейшая Парфенона! Она может веселиться с кем пожелает, ей нет до меня дела, — сказал Мо Фань.
По дороге в Парфенон они встретились с прислужницами, возвращающимися на священную гору. Завершив торжественную церемонию, они весело шутили и болтали о совершенно обыденных вещах. Избавившись от излишней серьезности и торжественности, они были очень энергичны.
Небо начало темнеть. В храме веры Парфенона состоялся вечерний банкет, в котором участвовали все 144 девушки и приехавшие гости. Узнав о приезде Мо Фаня и Чжао Мань Яня, Керцин специально пришел повидаться с ними и провел их на банкет.
Настоятельница Фэйлина тоже прибыла на банкет. Как бы то ни было, Мо Фань был близким человеком Синь Ся. Согласно правилам, девушка не могла спускаться с пика феи, когда ей заблагорассудиться, поэтому она послала Фэйлину встретить Мо Фаня, тем более они двое были уже знакомы.
В Парфеноне всегда все слишком сложно из-за большого количества правил. Чтобы увидеть Синь Ся, но не тайком ночью, а нормально среди бела дня, нужно пройти немало застав, а самая строгая из них — старуха Тата. Именно она меньше всего хотела, чтобы Синь Ся виделась с Мо Фанем.
В этот раз его приезд очень кстати совпал с праздничным банкетом. Раз уж они прибыли в это время, обязательно нужно сходить. И Мо Фань, и Чжао Мань Янь любят шумиху!
***..
На Парфенонских вечерних банкетах также действовало множество строгих правил. Но никто не мог запретить двоим парням пялиться на девичьи прелести, чем они с радостью и занимались.
— Вон та! Ага, та, я еще на улице ее заметил. С ее белыми милыми ножками я мог бы забавляться весь вечер! — Чжао Мань Янь показал на одну из девушек.
— Если бы к своим магическим навыкам ты был бы также внимателен, как к девушкам, в пирамиде нам не пришлось бы так тяжело… А фиолетовая стюардесса тебе уже не нужна? — сказал Мо Фань.
— Ха-ха, эта мне больше нравиться. Пошли, подойдем вместе. Рядом с ней еще много красоток, один я не справлюсь, — сказал Чжао Мань Янь.
Ну от таких дел Мо Фань никогда не отказывался!
Мо Фань всегда восхищался невозмутимостью Чжао Мань Яня. Парень искусно вел беседы и мог охмурить девчонку буквально за пару фраз. Конечно большинство девушек падкие на внешность, и смазливый вид Чжао Мань Яня всегда играет ему на руку.
Мо Фань понимал, что он не такой, поэтому надеялся только на свою харизму!
— Вы двое как попали сюда? Почему у вас бирки на одежде?
— Э… мы ее арендовали. Если срезать, обратно не возьмут.
После этой фразы все девушки захихикали.
Но их смех не был высмеиванием, они просто не ожидали встретить на банкете таких занятных незнакомцев.
— Смотри, быстрей! Темный принц пришел! Такой красивый! — взволнованно сказал одна из девушек. На вид ей было не больше шестнадцати лет.
— Да, красавчик. Я тоже не прочь была бы потанцевать с ним, — сказала девушка, которая понравилась Чжао Мань Яню.
Чжао Мань Янь изменился в лице. Очевидно это задело его гордость.
— Кто это? — не выдержал Чжао Мань Янь.
— Я и сама не знаю. Но когда он впервые приехал в храм веры, трое верховных жрецов вышли лично встретить его, — сказала Сейвес.
— Я слышала, что он родом из древнего и очень знаменитого средиземноморского клана. Мне кажется он очень подходит нашей святейшей, они просто созданы друг для друга, — сказала одна из девушек.
— Азалия не так чиста, как кажется. Я считаю, что она не подходит господину Турсу, — сказала шестнадцатилетняя Сами.
— Сами, как ты можешь говорить такое? — воскликнула Сейвес.
— А разве я не права? Мы же все тут находимся, я слышала много нехороших слухов о ней. А господин Турс родом из самого древнего средиземноморского клана. Он настоящий аристократ! Азалия и рядом не стояла, тем более со своей безнравственной репутацией!
— Сами, тут же чужие люди. Такие слова ты можешь говорить только у себя в комнате, не стоит развязывать тут язык! Извините нас, она еще слишком молода, вечно несет, что попало и верит слухам, — поспешно сказала Сейвес.
— Ничего, ничего, хоть мы и не являемся членами Парфенона, но тоже любим послушать сплетни, — тут же отреагировал Чжао Мань Янь.
Судя по всему, маленькая Сами оказалась преданной фанаткой этого Турса. Наверняка она уверена, что кроме нее самой, никто ему не подходит.
