Кроме того, непонятно, почему главы домов такое допускают. Это же минимальный, но риск. Не проще ли после каждого покушения учинять расследование, ловить заказчиков и их демонстративно казнить? Как минимум, за то, что не оказали должного уважения аристократам.
Но результат один: пока нас защищают щиты и чёткие рефлексы, бояться нечего.
Почти нечего.
Монстр, классификацию которого я не успел срисовать, набросился на меня, призванный кем-то из нападавших, и связал мне кисти. Оруженосец в тот момент сражался с такой же тварью. Придётся справляться самому.
Тварина, выглядящая как опоссум с лианами вместо рук, заливала моё лицо слюной. Размахнувшись, я ударил его головой по скользкому носу. Судя по хрусту, перелом. Опоссум расстроенно заскулил и отпустил мои кисти. Через пять секунд я сжёг его огненным шаром. Затем та же участь постигла соперника оруженосца.
Я достал из сумки, сообщающейся с замком, бутыль с вином и смачно отхлебнул. Покосился на оруженосца. Как его зовут? Кажется, Лайонел? Нелепые у них имена. Обычные русские нравились мне больше. К счастью, вычурно здесь звали только чиновников с аристократами. Они даже меняли анкетные данные, чтобы перестать называться Ванькой.
— Угощайся, Лайонел, — сказал я через шар-посредник и кинул ему бутылку.
— По вашей воле, господин, — радостно осклабился оруженосец и приложился к пойлу. Ничто так не объединяет, как совместное распитие спиртных напитков.
Мы с братьями частенько спорим, у кого нападающие продержатся дольше. Но вот незадача: у нас примерно равные шансы, потому толку в споре нет.
Оруженосец присосался к бутылке. Его мне тоже жаль. Но он, наверное, считает, что ему офигенно повезло.
Моя жизнь так пронизана интригами, что они стали чем-то пресным, как простая вода. Уверен, мои братья чувствуют то же самое. Но мы из Первого дома, потому ныть нам не к лицу.
Придворная сестра Дефрон, возникшая из пурпурного телепорта, который схлопнулся, запачкав траву вокруг, в ужасе вздрагивала от выстрелов.
Приблизилась ко мне, словно проявляя искреннюю заботу. В неё даже не стреляли, кому Дефрон нужна? Но я ей не верю, как, впрочем, и всем остальным.
Здесь мне девятнадцать лет, и я уже научился отличать лицемерие от искренности. Все надеются на мою слабость, но им не удастся обмануть меня. Их игры, их двойные стандарты и их злорадство... Всем им я готов заткнуть гнилые рты.
В сумке булькнул звук доставки. Ох, фуа-гра. Люблю пробовать что-то непривычное. Я жестом велел Дефрон покормить меня. Первому дому нельзя пачкать перчатку. Такое позорище никому не нужно. Нельзя допустить, чтобы газетёнки потешались над Первым домом.
— Разрешите обратиться, ваше высочество Дюрейн? – спросила она нежным голосом.
Она из Четвёртого дома, поэтому можно обойтись без шара.
— Валяй, — сказал я.
— Вы любите подогретое? Или охладить? — Дефрон действительно интересовал этот вопрос. Конечно, ведь тратить магическую энергию на аналоговую микроволновку для неё расточительно.
Я не успел ответить.
— Дюрейн! — прозвучал звучный голос из шара-посредника. Когда я был на Земле, мы для коммуникации пользовались созвонами в мессенджерах. Но тут совсем другой компот.
— Что, советник Лемотори?
Опять он меня достаёт своими нотациями.
Я в мире, где каждый день приходилось играть чью-то роль. Каждый раз — не мою. Когда я зачем-то прикоснулся к «Своду правил аристократов», даже предположить не мог, что получится такая свистопляска. Вот до чего доводит тяга к женщинам в коротких юбках.
— Вы снова подвергаете себя опасности? — я не понимал, насмехается надо мной Лемотори или действительно полагает, что меня могут прибить на улице.
— В рабочем порядке. С утра где-то пять покушений. Три отразил «Колючий щит», два, эээээ, Лайонел, оруженосец.
— Он нормальный парень. Седьмой дом нам не обуза, не обижай его.
Не обижаю вроде. Снова мне пытаются рассказать, как жить. Тоскливо.
На Земле, в прошлой жизни, я возглавлял службу безопасности одного бизнесмена. Не самая лакомая должность для почти сорокалетнего мужчины, которым я был. Мой босс не слишком честен на руку, но платил он изрядно, деньги не кончались. Иногда, конечно, пахло жареным. Пусть девяностые закончились, но стрелки на пустырях никуда не делись.
Зачастую в багажниках лежали свёрнутые в калачик мои парни, обнимающие калаши. Готовые в любой момент, если что-то не так, вылезти и немножко продырявить оппонентов. Вот что значит правильный инструктаж.
Хотя как-то охранник конкурента, Васёк Подштанник, чуть не удушил меня бюстгальтером, застав врасплох в подворотне. Ох, стыдоба.
Но однажды моя очередная краля, которая буквально обворожила своим цепким взглядом, немалым размером груди и некоторым присутствием мозгов, пригласила меня на курсы этикета. Вилка в левой, нож в правой. Или как там? Какая разница?
Ох уж эти барышни. Улыбка, точёная фигура, нарочитая скромность, уместные шутки. Тут любой голову потеряет. Даже такой верзила, как я. Угораздило же влюбиться!
