На меня тут же навалилось пять качков. Они меня прижали так, что пошевелиться я уже не смогла. Валенсу ничего не оставалось, как наблюдать за процессом. Он пытался вырваться, но, увы.
— Ну вот и всё, а ты возмущаешься.
Амбалы отпусти меня. Первым делом я втянула в себя воздух.
— Изверги! Лишаете девушку кислорода! — проорала я.
Мне поплохело. Внутри меня как будто что-то оборвалось и бросило в жар. Я начала извиваться.
— Что за дрянь ты мне вколол?!
— В этот состав входит слизь нежити, дроблённый демонический рог, яд болотной гадюки, и ещё несколько не мало важных компонентов.
Время шло медленно, а мне становилось всё хуже и хуже. В глазах помутнело. Лайн что-то листал, гремел предметами. Валенс попытался высвободиться.
— Ну-ну разбойник, — осклабился он. — Просто смотри.
— Я… я убью тебя Лайн, — сдавленно сказал Валенс.
— Ну, что ж попробуем, — потёл руки разбойник. — Посмотри на меня!
Ага, только шнурки поглажу! Мне итак фигово, ты ещё тут раскомандовался! Он понял, что я и не думаю выполнять его приказы, повернулся на сто восемьдесят градусов и потопал к своему столику. Зазвенели флаконы, шелест страниц и нецензурные выражения. Чего он удумал? Боже, как мне плохо!
— Не знала, что у тебя такой богатый словарный запас, — съязвила я.
Любитель опасных снадобий ничего не ответил. Он продолжал что-то искать. И это
— Ага, нашёл! — воскликнул Лайн.
Сколько счастья! Ни словами сказать, ни пером описать!
— Я не понял, ты что, ещё не превратилась?!
— Нет, а что должна? — округлила я глаза от такого заявления.
— Вообще да.
— Рада, что разочаровала тебя.
— На этот раз я добавил в раствор Золотой цветок и кровь вампира. Мне всегда было интересно, что будет с человеком, — его губы растянулись в улыбке. — Я-то думал, что придётся долго ждать.
— Ты садист! — выпалила я. — Надо было тебя грохнуть ещё в переулке!
— Я ведь могу и обидеться.
Какие мы нежные! Меня же он пичкает всякой дрянью, поэтому поиздеваться над ним я вполне могу себе позволить.
— Будешь себя тихо вести или мне ребят позвать? — будто бы невзначай поинтересовался он.
Я тут же начала вырываться. Вызывай! Я без боя не сдаюсь! Второй раз я не хочу, чтобы мне вкололи какую-то дрянь. Это после первой «процедуры» мне повезло… наверно, а вот после этой… не факт! Ура! Ура! Мне удалось высвободить руку, но ненадолго. Разбойник заорал как резаный. Созвал пятёрочку амбалов. Уворачивалась, как могла.
— Спокойнее, милая. Один укол и всё.
— А не пойти ли бы тебе лесом?!
Он начал вводить мне «препарат». Я закричала, рассказав Лайну всё, что о нём думаю. Мне даже удалось одного качка спихнуть с себя. Качки, с чувством выполненного долга, разбрелись по углам.
— Если я выживу, — мой голос звучал без эмоций, — накостыляю по первое число энного месяца и года, а после прикончу!
— Не переживай, — успокоил он меня, — выживешь. Вот только ты будешь полностью подчиняться мне. И выбора у тебя не будет.
— И почему же? Позволь поинтересоваться.
— Видишь это? — он повертел передо мной флаконом с зелёной бурдой. — Это раствор, необходимый для жизни. Если его не принять, то всё — смерть! Вот за эту дозу ты как наркоман, будешь работать, делать всё, что я захочу! А я ещё подумаю, заслужила ли ты эту дозу?
— Я тебя быстрее прикончу! — веско сказала я.
— Убьёшь меня — убьёшь себя. Никто, кроме меня не сможет сделать этот раствор!
— Может и не сможет. Но для начала я найду того, кто мне поможет. А у меня есть к кому обратиться.
— Оптимистка. Мне нравятся такие.
Если бы я могла, то согнулась пополам. Тело болело настолько сильно, что хотелось на изнанку вывернуться. Криками, я уже голос посадила, но по-другому выражать: «Как мне плохо и больно!», не получалось. Мой взгляд периодически сталкивался с взглядом Лайна. Тот улыбался, и на его лице чётко выражалось: «Я доволен результатами».
Боль достигла того состояния, в котором уже не чувствуешь, где и что болит. Я с корнями выдрала цепи, прикованные к чему-то тяжёлому. С грохотом я шлёпнулась на пол. Из глаз текли слёзы, когтями царапала пол и взгляд Валенса говорящий о том, что он ни чем помочь мне не может… Эти пять минут мне показались вечностью. Постепенно боль начала уходить.
— Я тебе этого не прощу Лайн! — выдавила я из себя сложную фразу.
— Я посмотрю, что ты будешь говорить, когда у тебя начнётся ломка, — насмешливо сказал он.
— По мне, так я лучше помру от «голода», чем буду унижаться, прося тебя дать мне препарат.
Меня, правда, осторожно взяв на руки, понесли в неизвестном направлении. Состояние у меня было отвратительное. Мебель отказывалась стоять на своём законном месте, а колонны принимали облик каких-то странных существ…
Ну-с? И куда меня или нас притащили? Как мне плохо, кто бы знал! Рэне в лапах оборотней, Валенс… а где он? Прибью, если с ним что-то случится!
