С начала этого учебного года мы много времени провели с Дорой на складе выручайки, разбирая кажущиеся бесконечным завалы разного рода барахла, среди которого порой встречались поистине впечатляющие экспонаты. И если в самом начале склада хранился в основном всякий ширпотреб современной эпохи, то чем дальше мы углублялись, то тем интереснее вещи нам попадались. Но самыми ценными оказались предметы, которые находились в конце комнаты потерянных вещей, что помнили ещё времена основателей. Предполагаю, что изначально основатели этот склад собирались использовать как будущий зал своих военных трофеев и к этой мысли я пришёл после того, как обнаружил здесь огромное количество различного оружия. Тут в кучу были свалены различные доспехи, мечи, копья, секиры, алебарды предназначенные для эксплуатации людьми, но преобладающая часть трофеев основателей принадлежала когда-то гоблина. Особенно был впечатлён огромным нагромождением цепей, в которых, после того как я их разложил, распознал зачарованное снаряжение для сдерживания виверн и каждая деталь этого великолепия была сделана из гоблинской стали! Вес это чуду имело за две тонны и радости моей не было предела, когда нашёлся ещё один такой же экземпляр, но только сломанный и который было не жалко пустить на сырье для моих будущих нужд. Рабочий же экземпляр с функционирующим по сей день зачарованием я хотел сохранить. Меня бы жаба задушила рушить такую потрясающую работу гоблинских мастеров. Кандалы и ошейник, связанные цепями могли изменять свой размер и подстраиваться в широком диапазоне под габариты практически любого «дракона». Глядишь, может и пригодится мне этот артефакт чуть позже, когда соберусь организовывать в своём домене защищённое хранилище под будущие сокровища и трофеи рода. Вон, в Гринготтсе дракон стережёт их подземелье, так чем я хуже?
А ведь на этом ценности найденные в выручайке не заканчивались. Мы смогли отыскать в ней огромное количество различной мебели шестнадцатого, семнадцатого и восемнадцатого веков, где каждый из экземпляров заслуживал почётное место быть экспонатом в музее. Это были настоящие произведения искусства украшенные изящной резьбой ценных пород дерева и инкрустированные вставками из полудрагоценных камне, вроде бирюзы, нефрита, лазурита и прочего. В общем, вопрос с меблировкой нашего будущего, семейного гнёздышка в домене, которые мне только предстоит подчинить, уже был полностью решён.
И вот с такими приятными мыслями, я вступил в широкий, круглый коридор, который судя по размерам, был предназначен для комфортного перемещения по нему не только человека, но и огромного, древнего пресмыкающегося. Десять минут неспешного хода, и я оказался перед той самой металлической дверью, на которую предстояло наткнуться мальчику-который-выжил во время своей эпопеи описанной во второй книги Роулинг.
Всё это время, пока ступал по вотчине Салазара, я был очень сосредоточен. Вроде как василиск начал безобразничать только после того, как Джини, под управлением дневника Тома, его разбудила и сейчас он должен находиться в магическом анабиозе. Но осторожность не помешает, ведь цена ошибки, это моя смерть! У меня не было полной уверенности в том, что столкнись я без подготовки с древним монстром, я смогу его легко уничтожить.
«Ну что, с богом!»
И прошипев «Откройся», я вошёл в Тайную комнату.
— Ассалам Алейкум, достопочтенный Салим. Как же я рад тебя здесь видеть, брат! — Накинулся с объятьями на своего близкого Белуссио, отчего огромное количество разумных вокруг пребывало в шоке. Мало кому было известно о крепкой дружбе двух магистров. Да и сам факт того, что Матиус способен проявлять в отношении кого-то столь яркие положительные чувства, было очень удивительным. Тем более на контрасте, ведь относительно недавно Матиус совсем не изысканно облил словесно помоями несколько молодых да ранних, зазнавшихся хвастунов, посчитавших себя пупом земли, раз уж им удалось оказаться на этой конференции.
— Ваалейкум Ассалам, Матиус. Сам безмерно рад твоему здесь присутствию! А ещё поздравляю тебя с пополнением в семье. Но хватит слов, давай хвастайся и покажи мне уже наконец этого разумного, который смог стать тебе кровным братом! — Салим был не на шутку возбуждён и острым взглядом оглядывался вокруг, пытайся отыскать отрока, который смог заслужить уважение его старинного друга и стать тому побратимом.
— Увы, но тебе не удастся сегодня утолить своё любопытство. Не взял я его сюда с собой, нечего ему тут делать, — Хлёстко, сказал, как отрезал, произнёс Матиус, — Он ведь не просто мой побратим, но ещё и личный ученик. Так что ему есть чем заняться, вместо того, чтобы бездельничать тут и слушать речи всякого отребья, которые непонятно за какие заслуги оказались в качестве выступающих здесь. Я бы и сам с превеликим удовольствием избежал необходимости заявляться сюда, но завтра тут будет представлять своё открытие мой протеже.
