— Как вообще можно быть готовым к экзаменам после такого? — пробормотал я.
— Жизнь не ждет, — он хрипло рассмеялся. — И Хранители — тоже.
Следующие семь дней превратились в адский марафон. Я, Элиас и Гаррет с головой погрузились в учебу.
— Если Хранители все еще следят за нами, то единственный способ выжить — стать незаменимыми, — сказал я, разворачивая схему магических контуров. — А для этого нужно не просто сдать экзамены.
Мы занимались по восемнадцать часов в сутки. Элиас корпел над древними свитками, Гаррет отрабатывал боевые заклинания до кровавых мозолей на пальцах, а я… Я экспериментировал.
Магия жизни, Артефакторика, Теория Рун — все смешалось в единый коктейль, который должен был сделать нас непобедимыми.
И вот настал день первого Экзамена это была «Боевая магия»
Арена была окружена магическими барьерами, а в центре стоял голем из черного камня. Нас было пятеро против него.
— Обычно на этом экзамене умирает один из десяти, — пробормотал Гаррет.
— Сегодня выживем все, — я активировал усиление.
Зеленый свет окутал мои руки, и я бросился вперед. Голем занес кулак, но я уклонился, ударил в слабую точку — шов на груди. Камень треснул. Элиас тут же вогнал в трещину ледяной клин. Голем рухнул.
Профессор боевой магии, суровый маг с шрамом через глаз, медленно хлопал.
— Прошло три года с тех пор, как кто-то делал это за десять секунд.
Вторым экзаменом через несколько дней была «Алхимия»
На столах перед нами стояли колбы с ядом.
— Ваша задача — нейтрализовать его, — сказала профессор алхимии. — Без антидота.
Я переглянулся с Элиасом. Он кивнул.
Мы не стали нейтрализовывать яд. Мы его улучшили.
— Это… — профессор замерла, глядя на нашу колбу, где жидкость теперь переливалась всеми цветами радуги. — Вы превратили смертельный яд в эликсир силы?
— Временной, — уточнил я. — Но да.
Третий экзамен был по предмету «Иллюзии»
Темная комната. Ни звука.
— Вы должны найти друг друга, — раздался голос.
Я закрыл веки и активировал усиленные чувства. Сердцебиение Элиаса — слева. Дыхание Гаррета — справа. Я протянул руки и схватил их за запястья.
— Готово.
Лампы зажглись. Профессор иллюзий, маленький человечек с безумным взором, ухмыльнулся.
— Интересно. Обычно студенты кричат от страха.
Четвертой экзамен был по «Теории магии»
— Объясните принцип работы магического ядра, — сказал профессор.
Я улыбнулся.
— Согласно нашей теории, магическое ядро — это не просто источник силы. Это проводник, который…
Я говорил сорок минут. В конце профессор сидел с открытым ртом.
— Но как это невозможно, чтоб было такое глубокое понимание предмета, у студента первого курса, — тихо шептал он.
И последний предмет, который я сдавал был «Артефакторика»
— Создайте артефакт, — бросил профессор Арлин.
Я достал быстро создал браслет. Параметры которого давно рассчитал.
— Это усилитель. Он повышает силу любого заклинания в десять раз.
Профессор примерил его и скастовал простейшую огненную вспышку. Стена напротив испарилась.
— Боги…
Мы стояли в зале академии, где оглашали результаты.
— Алекс де Муар, Элиас Тревис, Гаррет Вейл, — директор посмотрел на нас. — Вы показали лучшие результаты за последние пятьдесят лет.
Зал взорвался аплодисментами. Но директор поднял руку.
— Поэтому совет принял решение. Ваша практика пройдет не в стенах академии.
Он сделал паузу.
— Вы отправляетесь в Южные земли. Туда, где еще не ступала нога мага.
Тишина.
— Но… — Элиас побледнел. — Там же…
— Да, — директор кивнул. — Именно там. В Пустоши.
За моей спиной раздался голос:
— Поздравляю, Алекс. — Это был Борз. Он ухмылялся. — Ты первый, кто отправится туда добровольно. Но не последний, кто не вернется оттуда, — он мерзко захихикал.
Я повернулся к нему, чувствуя, как магия жизни пульсирует в жилах.
— Ошибаешься. Мы вернёмся. Все.
Но в глубине души я знал: Пустоши не прощают никого. Особенно тех, кто ищет их секреты.
Пустоши встретили нас холодным ветром, который пробирался под одежду, словно тысячи иголок. Я стоял на берегу бурной реки, глядя на темные воды, которые неслись вдаль, огибая скалы и протекали в узких ущельях. Гаррет, как всегда, был уверен в своем плане.
— По реке доберемся быстрее, — сказал он, хлопнув меня по плечу. — И безопаснее. Наземные тропы кишат не только тварями, но и ловушками, магическими аномалиями и дикой магией.
— Если, конечно, нас не разобьет о скалы, — пробормотал Лорен, нервно теребя край своего плаща.
— Тогда будем осторожны, — улыбнулся Гаррет. — Максимально осторожны.
— «Стремалы», — вдруг сказала Ирва, подняв голову.
Мы переглянулись.
— Что? — спросил Томас, нахмурившись.
— Стремалы. Те, кто проявляет максимальную осторожность. Если уж нам суждено погибнуть, пусть хоть название будет запоминающимся.
Гаррет рассмеялся, и через мгновение мы все подхватили это слово. Оно звучало глупо, но в нем была доля правды. Мы и вправду собирались быть осторожными. Настолько, насколько это возможно, когда идешь к руинам академии тёмных искусств в далёких пустошах.
