Я сжал кулаки, чувствуя, как руны на костях отзываются слабым теплом.
— Тогда что мне делать?
— То, что ты уже делаешь, — кот зевнул, но в этом жесте не было расслабленности. — Создавай новое. Но будь готов к тому, что он ответит.
— Ответит?
— Он питается связями, Алекс. А что сильнее связывает людей, чем дети?
Ледяная волна прокатилась по спине.
— Ты думаешь, он пойдет за ними?
Кот не ответил. Он просто смотрел в окно, где луна медленно скрывалась за тучами.
— Проверь капсулу, — наконец сказал он. — И проверь тех, кто уже прошел через нее.
— Но Сера только начала…
— Проверь.
Утро застало меня в лаборатории. Капсула «Заря» стояла в центре комнаты, ее стеклянные стенки сверкали в первых лучах солнца. На первый взгляд, все было в порядке. Руны светились ровным голубым светом, магические проводники не показывали никаких аномалий.
Но что-то было не так.
Я провел рукой по поверхности капсулы, и в тот же миг на стекле проступил узор — тонкие, почти невидимые трещины, складывающиеся в знакомый символ.
Кулак.
Тот самый, что был эмблемой Сопротивления.
— Это невозможно, — пробормотал я.
— Возможно, — за моей спиной раздался голос Лины. Она стояла в дверях, ее лицо было бледным. — Алекс, ты должен увидеть это.
Она протянула мне лист пергамента. На нем был список — имена всех пар, которые согласились участвовать в испытаниях.
Рядом с каждым именем стояла пометка.
«Видел сны. Зеркала. Голос.»
— Все? — спросил я, чувствуя, как почва уходит из-под ног.
— Все, — подтвердила Лина. — Они описывают одно и то же. Темное зеркало. Голос, который предлагает… выбор.
— Какой выбор?
— Они не помнят. Но после пробуждения находят на теле следы.
— Какие следы?
Лина молча развернула рукав своей блузы. На внутренней стороне запястья, прямо над веной, был шрам — тонкий, как бумажный порез, но идеально ровный.
Руна.
Та самая, что я наносил на кости.
— Он копирует тебя, — прошептал кот, прыгая на стол. — Он учится.
Я схватил со стола артефактный сканер и поднес его к капсуле.
Экран взорвался цифрами.
— Нет… — я отступил, чувствуя, как ярость поднимается из глубины. — Он здесь.
— В капсуле? — Лина шагнула назад.
— Нет. В системе. В самой магии.
Я развернул схему капсулы, показывая ей центральный узел.
— Видишь этот модуль? Он отвечает за фильтрацию магического потока. Он должен очищать энергию от любых внешних воздействий.
— И что?
— Он не работает. Вернее, работает, но… пропускает его.
— Как?
— Потому что я проектировал его, основываясь на своих знаниях. А мои знания — это часть его.
Лина побледнела.
— Значит, каждый, кто прошел через капсулу…
— Подключен к нему. Да.
— Боже…
Я схватил со стола кристалл — один из тех, что использовал для хранения воспоминаний.
— Что ты задумал? — насторожился кот.
— Он хочет связи? — я сжал кристалл в кулаке. — Я дам ему связь.
— Алекс, нет!
Но я уже активировал руну.
Кристалл вспыхнул, и в тот же миг капсула взревела. Стекло треснуло, магические проводники вспыхнули, как порох, а из глубины устройства вырвался…
Голос.
«Алекс…»
Это был не я.
Это был Он.
— Ты не получишь их, — прошептал я, чувствуя, как кристалл прожигает ладонь.
«Но они уже мои.»
Капсула взорвалась.
Очнулся я на полу, в клубах дыма. Лина склонилась надо мной, ее руки дрожали.
— Алекс! Ты жив?
— Кот… — я попытался подняться.
— Здесь, — раздался его голос справа. — И я, кстати, в порядке. Спасибо, что спросил.
Я перекатился на бок, откашлявшись.
— Что случилось?
— Ты слил систему, — сказал кот, подходя ближе. Его шерсть была покрыта сажей. — И, кажется, кое-что сжег.
Я поднял голову.
Капсула «Заря» больше не существовала. На ее месте остался лишь оплавленный каркас и лужа жидкого стекла.
Но это было не самое страшное.
На стене, прямо над останками капсулы, горел символ.
Кулак.
Только теперь он был не просто нарисован.
Он был выжжен в камне.
— Он ответил, — прошептал кот.
— Да, — я медленно поднялся, чувствуя, как боль растекается по всему телу. — Игра только начинается.
— Что будем делать?
Я посмотрел на Лину, потом на кота.
— Мы меняем правила.
— Опять?
— Нет. — я ухмыльнулся. — На этот раз мы уничтожаем игру.
Запись из дневника Алекса де Муара
спустя три дня после инцидента с капсулой:
Кот сидел на столе, наблюдая, как я черчу новые схемы.
— Ты действительно думаешь, что это сработает?
— Нет. — я провел рукой по пергаменту. — Но у нас нет другого выбора.
— И что это? — он ткнул лапой в центральный узел схемы.
— Сердце, — ответил я. — Но не капсулы.
— Тогда что?
Я посмотрел на него.
— Ты же говорил, что он старше этого мира.
— Да.
— Значит, нам нужно нечто старше его.
Кот замер.
— Ты не можешь быть серьезен.
— А почему нет?
— Потому что никто не знает, где это искать!
— Неправда. — я развернул карту Империи, указывая на юг. — Здесь.
