В итоге Дориану повезло. Примерно через полчаса зверю наскучила его работа, и он преспокойно улегся под деревом, сердито похрюкивая. Было похоже что он решил взять свою жертву измором. Таким образом юный маг получил временную передышку, однако это его не слишком то радовало. Его первая атака пришлась куда следует, но не нанесла монстру серьезных увечий, а значит единственный шанс убить бестию это попасть заклятием прямиком в открытую пасть, но вепрь в отличие от варана не имел привычки широко разевать ее. Убежать тоже не вариант. Монстр, судя по характерным звукам, подремывал на страже, однако парню в прошлой жизни доводилось читать о диких свиньях и их повадках, и потому он знал что сон у них очень чуткий. Все оставшееся до перезарядки время Дориан напряженно размышлял как ему выкрутиться, и когда плетение было готово, решился на отчаянный риск. выдохнув, сиганул с ветки прямо на спину кабану, вонзив острие посоха ему в загривок и активировал заклятье, влив в него до кучи все свои силы до капли. Задремавший вепрь подскочил на месте, отправив худенького чародея в полет, но затем его ноги подломились, и он рухнул на землю, содрогаясь в конвульсиях.
«Получен 40-ой уровень. Заклятье «Сгусток тьмы» получило усиление. Заклятье «Сгусток тьмы» получило бонус. Время перезарядки плетения сокращено вдвое. Посох тьмы получил 30-ый уровень. Теперь он пассивно усиливает ваши атаки плетениями. Получено новое плетение «воронка мрака». Желаете получить рисунок плетения сейчас?» Озвучив отказ, Дориан кое-как поднялся с земли. Ему неплохо досталось, но юноша решил не тратить эликсиры исцеления, коих у него осталось всего два, на такую ерунду как ссадины и ушибы. Само должно пройти, благо его регенеративные способности после попадания в игру существенно возросли. Стоп, у него же есть темное целительство! Вот как раз и повод прокачать новую абилку. Однако сейчас сил у него не было совершенно, и посему Дориан решил пока отложить прокачку до лучших времен.
тем временем, осмелев, спорхнул с ветки и, подлетев к туше, вонзил зубы в шею мертвого кабана, принявшись жадно сосать кровь. За прошедшее время пет успел изрядно проголодаться, да и сам Дориан при виде сей картины почувствовал, как желудок настойчиво заурчал, требуя пищу. Подождав, пока крылан насытится, юноша вооружился кинжалом из когтя человекочервя и не без труда вырезал из туши внушительный кусок мяса, выбрав заднюю бедренную часть, которая наименее пострадала от темной магии. Теперь осталось только найти подходящее для ночлега место, где можно будет развести огонь и приготовить себе еду. Оное обнаружилось после пары часов поиска. К тому времени юноша настолько вымотался и проголодался что уже подумывал о том чтобы разбить стоянку прямиком на открытой местности. Однако ему повезло, и он наткнулся на логово давешнего вепря располагавшегося в дупле одного из древ. Наитие не подавало признаков тревоги, и парень решил здесь и заночевать. Набрав сухих веток, он развел небольшой огонь (слава богу, кремниевые зажигалки в игре водились и стоили сущие копейки) и пожарив мясо, с аппетитом поел. К тому времени уже почти окончательно стемнело, и Дориан, устроившись в норе убитого им вепря, завернулся в плащ и провалился в тяжелый беспокойный сон.
***
Проснулся Дориан на рассвете. Как ни странно прошлой ночью его никто не потревожил. Видимо убитый им вчера вепрь считался достаточно грозной тварью, и к его логову местные обитатели не рисковали приближаться без крайней на то нужды. Позавтракав остатками кабаньего мяса и напившись воды из фляги, (спасибо Шоте, всегда основательно готовившейся к каждому рейду) юный чародей первым делом открыл книгу заклинаний. Нужно было срочно разобраться с новым полученным плетением. Внеся новое заклятье в книгу, парень продолжил свои поиски. Наитие настойчиво вело его в строго определенном направлении, а юноша уже научился доверять сему внутреннему компасу и потому старался ни на йоту не уклоняться от заданного маршрута. Крылан подремывал, уютно устроившись за пазухой нового хозяина. Привыкший преимущественно к ночному образу жизни, он всю ночь чутко сторожил покой Дориана и теперь набирался силы, вознаграждая себя за вчерашние труды. Местность вокруг абсолютно не менялась. Дориан поймал себя на мысли, что вся природа здесь словно пропитана духом увядания, как будто бы некто безмерно злобный и могучий высосал все жизненные соки этой земли.
