- Матушка? – ...Рихарза с Хисэки. Драколюд сиял острыми зубами в кровожадной усмешке, его серебристые доспехи окрашены в бордо, а с его алебарды ещё свисал окровавленный ошмёток чьего-то мяса. Розововолосая барышня выглядела ещё хуже. Лицо выдавало зарождающуюся истерику, зелёные глаза пусты, да и нервная отдышка не предвещала ничего хорошего.
- МАМА! – Флер сорвалась в бег, попутно заливая ману в свой посох. Девушка встала между ней и загадочным воителем. – Что т… А-а?! – правда, не успела та сообразить, что происходит, как обеих унесли прочь. Всего миг, они даже моргнуть не успели, как вид перед глазами сменился – Алла перенесла их на крышу близлежащего дома. В алых глазах богини теперь читался страх.
- Не лезь, убьёт! Защищай лучше бабушку, – обеспокоенно скомандовала лиса, спрыгнув назад.
- О, привет, Эн… Как ты себя теперь называешь? – лукаво поинтересовался мужчина, присев прямо посреди дороги. Левая рука за спиной, правая на рукояти.
- Алла, – пробурчала в ответ богиня. Всё её тело покрыло синее пламя. Рыжий хвост дополнился ещё и голубым, а в руках у неё образовался пистолет-пулёмёт из божественного металла. От такой реакции Элен с Клехией похватались за оружие, встав в один ряд с лисой. От одного только взгляда на мечника их пробило на дрожь. Внешне он мало чем выделялся, однако изнутри него пылала такая сила, что ужасала даже героев, что уж говорить об обычных смертных.
- Полагаю, нас не представили. Такемиказучи, бог меча и грома. О, не бойтесь меня, я Рихарзу не трону. Даже напротив – я защитил её. Мы с этим мальчишкой неплохо сработались по этому поводу, – горделиво заявил он, указав поворотом головы на Хисэки. А потом… Потом он вытащил из-за спины седовласую голову женщины-кошки и швырнул её под ноги наместнице. Ещё одна весьма известная здесь особа…
- Ты… Я помню тебя, – заявила Клехия, едва ли не через силу подняв изогнутый меч.
- А как иначе. Это я дал тебе силу! И знаешь, девочка? Ты меня разочаровала. Не повторяй этой ошибки, иначе этот мой подарок заберу уже я сам, – нагловато заявил Такемиказучи. А это время Элен успела показать голову Хаиму, и вместе с ним они убедились – она принадлежала Аделии, предводительнице сепаратистов.
- Что ты наделал? – едва ли не шёпотом спросила младшая принцесса. «Подарок» выскочил из её обмякших рук, глаза задёргались, а по спине прошлась струйка холодного пренепреятнейшего пота.
- А? Гадина послала ребят за твоей мамой, вот я её и наказал, – как ни в чём ни бывало, ответил мужчина. Голова пошла по толпе нелюдей, вселяя в них ещё большее беспокойство. В противовес детям Энуаса, её фракция, несмотря на конфронтацию с официальными властями, до последнего старалась держать маску благодетельности. Теперь же…
- БЛЯТЬ! По какому, сука, праву, ты вмешиваешься в мои дела?! – выкрикнула Элен, выхватив из кобуры пистолет. Трясущимися от гнева и злобы руками она направила дуло на бога. – Ты хоть представляешь, как трудно мне теперь будет объединить этот блядский город?! – воскликнула девушка, судорожно нажав на спусковой крючок. Щёлк, хлопок, и в мечника полетела свинцовая пуля. И ещё одна, третья, четвёртая. Десять метров, и даже так неуправляемая дрожь лишила девушку всякой точности и самообладания.
Бог ухмыльнулся, поставил перед собой меч. Тяжёлый клинок принялся вертеться в невообразимых пируэтах. Прошло не больше секунды, а Такемиказучи не просто увернулся, он рассёк каждый снарядик. Девять пуль, и… пять жертв.
- А-А-А-А-А-А!!! – Алла вскрикнула в небо, над ней возникла ярко-багровая фигура изуродованного дракона. Она подхватила рёв лисицы, обратив толпу в паническое бегство. Визги, крики, давка – иллюзия бешеного ужаса обуяла улицу, заставила всех, кого только можно, броситься наутёк. Кроме них – вершительниц судьбы этого мира.
- Ха-ха-ха-ха! Хороший трюк, нам теперь никто не помешает, – похвалил мужчина Аллу, одобрительно похлопав. Кто мог – все попрятались по домам, забились во все доступные щели. Армия превратилась в толпу огалтевших зверей. Кто посильнее духом – пытался кое-как заступиться за слабых. Хаим с Гормасом бросился к жене. Окна грохотали от бессильного ужаса хозяев жилищ, которые их захлопывали. Таким образом на улице остались лишь Элен, Клехия, Алла, Хисэки, да вдали выглядывала Флер, державшая свою испуганную мать.
- Так, о чём это я? А, да. Мы с этим юнцом неплохо порезвились, вырезая ваших повстанцев. Ты бы слышала, как они орали, – самодовольно поведал Такемиказучи. Элен смотрела на него с нескрываемым презрением. «Я бог, я делаю что хочу» – читалось по его лицу. Сейчас он воплотил собой всё то, чем была Норн. Та жестокая девочка, что не задумывалась ни над чем, кроме ежеминутного результата.
