- А где ещё? Более-менее чисто только тут, или ты хочешь выгнать нас на улицу? – съязвил в ответ маг-целитель. На полу этой комнаты были начерчены руны магического оберега, защищавшего от магии обнаружения, которые они написали вместе с волшебницей Фреей, потому в условиях преследования выгонять Еву из дому было опасно. Разве что было можно сделать ещё один такой в соседней комнате, да в самодельной уборной, но ночью никто уже не хотел этим заниматься, не говоря уже о том, что работы по обжитию этой рухляди был непочатый край.
- Нравится смотреть? Ничего, а нам нравится, когда на нас смотрят, – ехидно произнёс Киргот, прижимая Сецуну грудью к себе. Он готов был идти на второй заход, и охотница прижалась к его крепкому плечу, в то время как сам он, придерживая её правой рукой за ягодицы, а левой за лопатки, вонзил своё копьё в лоно своей любимой девочки.
- Н-н-неужели ты и со мной хочешь такое сделать?! – выкрикнула демоница, отходя назад от сцены разврата с её точки зрения и чистой незапятнанной любви с его.
- Ха, да ни в жизнь. Я своих женщин никогда не принуждаю и ни в чём ограничиваю, – признал юноша, крепче прижимая к себе Сецуну, правда вот, правую свою руку он уже направил на задницу спящей Фреи. Именно потому, что он говорил правду, ему и было не по себе. Он боялся растерять хватку, а вместе с ней и жестокость мстителя. – Конечно, если ты сама захочешь, то я с радостью познакомлю тебя со взрослой жизнью. Что ты на это скажешь?
- Хм, больно надо! – отмахнулась чернокрылая, хотя Киргот прекрасно понимал, что та уже возбуждена от увиденного. Ещё несколько минут забившейся в угол девочке приходилось терпеть секс парочки ещё по крайней мере десяток минут, а вместе с этим голоса страсти пробудили в ней ещё одно желание…
- Так, надо бы что-нибудь приготовить. Сецуна, буди Фрею, отправляйтесь тренироваться, а я нам что-нибудь состряпаю, – приказал юноша, надевая на себя свои сапоги, в то время как Сецуна завязывала бантик на своём топике. Косметику она больше не использовала, сколько бы волшебница не уговаривала, ведь она мешала её нюху, да и если бы и хотела, все флакончики были в комнате в гостинице. Вместе с много чем ещё. Ева ужасно страдала от голода и беспокойства. С первым ей вчера помогла тарелка медвежьего супа, а со вторым – могучий герой, который, правда, оказался не чужд к утехам более интимного характера, что теперь заботило черноволосую девочку даже больше ведущейся на неё охоты.
- Угу. Если Сецуна почувствует что-то нехорошее, то вернётся и скажет, – сказала волчица, приближаясь к спящей Фрее. Но не успела та сделать пару шагов, как…
- Молодец, мне это как раз и нужно, – произнёс Киргот, поглаживая свою воительницу по её прелестным светлым волосам, в ответ на что та начала размахивать своим хвостом. Но улыбка сошла с её губ, когда она наконец-то добралась до спящей колдуньи, которую тут же принялась расталкивать.
- А, что? Ай, что ты делаешь, Сецу? П-подожди… – выдала бывшая принцесса, ощущая разливающийся по комнате запах секса.
- Да, Фрея. Ты всё проспала, – подтвердила её опасения ловкачка.
- Чего?! Опять?! Я же хотела к вам присоединиться!!! – вскрикнула девушка, которой уже не в первый раз не везло пропускать утренний секс.
- Не бойся. Оставшиеся у тебя силы Сецуна сейчас пустит на тренировки, – холодно и злобно проговорила волчица, совершенно не намеревавшаяся упускать подарок от своего господина.
- А-а! Спасите, помогите! Убивают, мой лорд! – взмолилась волшебница, которую её подруга буквально за шею вытаскивала во двор. Пускай она и ленилась, пускай и упрямилась, но каждое такое занятие делало её сильнее и сильнее. Да и вообще, так девочки улучшали отношения между собой. Теперь в комнатке остались лишь Киргот с Евой, которым только и оставалось, что пить чай, приготовленный из того немногого, что было в сумке мага-целителя. Он заглядывался на её крылья, в которых и содержалась магическая энергия, а также бесчисленные души её собратьев, на которых и строилась её магия призыва, и без которых украденные силы призывания были полностью бесполезны. Их красота восхищала героя, но вместе с этим ему хотелось заполучить парочку из её перьев для экспериментов.
- Так всё-таки, ты хороший или плохой? – совершенно внезапно вопросила будущая королева у своего подозрительного спасителя.
- Конечно же я хороший. Лучше меня ты не найдёшь во всём мире. Я добрый и воспитанный рыцарь, сражающийся я за мир во всём мире, – гордо выговорил юноша, еле сдерживаясь от того, чтобы не засмеяться во весь голос. Конечно, определённая правда в этом была, ведь именно в такого человека влюбилась Сецуна. Привязанность Фреи же поначалу была исключительно искусственной, но со временем молодой человек стал ощущать в ней всё больше и больше честности в отношении любви и верности. Клехия тоже восхищалась им, хоть он и задумывался, что будет, если рассказать ей всю правду.
- Если меня жизнь чему-то и научила, то это тому, что кто так уверенно говорит, что он хороший, тот злой по определению, – возразила чернокрылая, допивая свой чай.
