- СЕЦУНА-А-А!!! – взвопил юноша, намереваясь выпустить нож в сонную артерию тому, кто вознамерился убить его любимую. Второй получил в спину летящую саблю. Вмиг, не замечая преград, молодой человек ринулся к волчице, дабы защитить её. Жизнь ещё теплилась в молодом теле, пусть даже в животе и была огромная обугленная дыра, он чувствовал её дыхание через их связь, и первое, что он сделал – это исцелил её. Его не волновало, что за это время в него вставили аж три меча, да ещё и обожгли спину, всё это он на себе мгновенно исцелил, делая невозможным вытаскивание клинков, попутно истощая запас волшебного амулета до предела. И когда девочка была полностью спасена, маг-целитель встал и пошёл. Перед ним оставались ещё шестеро, включая мага и пса, оправившегося после удара тяжёлой дверью. Первый пытался срубить голову Кирготу, но тот лишь увернулся в полуприседе, после чего одним касанием взорвал демону голову, попутно отбирая у него ману на исцеление. Вторая же пыталась держать дистанцию, покалывая длинным мечом, но юноша перехватил первый же выпад, вставляя его в себя, в паре миллиметров от аорты, всё глубже и глубже, пока наконец в нём не оказался весь клинок, чья владелица одним касанием превратилась в кровавый фонтан. Четыре лезвия будто вообще не тревожили не отпускающего левую руку от груди молодого человека, который убил третьего ударом кулака, укрепляя его, как это делала Клехия, что мигом вывело из строя и четвёртого, чьё тело, отброшенное трупом с напрочь раздробленной грудью, столкнулось затылком со стеной. Остался лишь маг и тот самый пёс, которого отбросило эффектным появлением Киргота. И только заклинатель собрал чуть ли не всю ману в своём посохе, как разозлённый и израненный юноша взял неудачника, пытавшегося добить мага-целителя кинжалом, за шею. Пять клинков даже не провоцировали кровотечения в постоянно исцеляемых ранах юноши, желавшего не только убить всех тех, кто угрожал Еве, а ещё и мести за рану своей возлюбленной воительницы.
- Эй, рухлядь, ты чего застыл?! Разве ты не хочешь меня убить?! – вопросил в своей ярости Киргот у мага, который подозрительно задрожал, когда первый схватил бедолагу за шею.
- Мой сын!.. Отпусти моего сына! – потребовал старый заклинатель, колебавшийся, стоит ли ему выпускать огненную стрелу в надежде попасть мимо мальчика-пса лет двадцати, или можно ещё договориться.
- Сына? О, так это брыкающееся ничтожество тебе так дорого? – ехидно вопросил герой, потряхивая задыхающегося в его хвате ночного пса.
- Да! Отпусти его, не убивай! Я сделаю что хочешь! – взмолился старик, выпуская посох из руки.
- Чего я хочу, да? Так, подожди, – потребовал юноша, вытаскивая из себя мечи. Сначала длинный меч из груди, осторожно, чтобы не надрезать аорту, потом кинжал из живота, затем три коротких одноручных клинка из спины. Всё это сопровождалось ужасной болью, а чтобы вытащить лезвия из спины, приходилось чуть ли не выламывать плечевой сустав левой руки, постепенно вытаскивая по пять сантиметров стали из своего тела. Заклинатель лишь с ужасом наблюдал, как человек, одной рукой державший в воздухе за горло его сына, безо всяких внешних признаков боли вытаскивал клинки из своей спины, совершенно не обращая на кровоподтёки, которые вмиг залечивались, будто это всего лишь заноза в пятке. Не говоря уже о том, что разрезы на его одежде, вместе с почернением от огненной стрелы восстанавливались вместе с ним. – Итак, о чём это мы? Ах да, ты сделаешь то, что я хочу?
- Д-да, пожалуйста! Т-только… – умолял заклинатель, опускаясь на колени от представшего перед ним зрелища еле-еле брыкающегося мальчика в когтях бессмертного монстра.
- Да-да, пощадить сына. Мне нужна информация, – утвердил умытый кровью, своей и чужой, Киргот, даже и не думая отпускать мальчика.
- Что угодно, я всё расскажу! Только отпустите его! – просил старик, отбросивший всякую гордость в призрачной надежде на спасение родного человека.
- Нет-нет, ты не понял. Я сам всё добуду. О, извини, он умер. – будто бы извиняясь сказал маг-целитель, выбрасывая уже бесполезный труп в сторону. Сын мага не выдержал асфиксии. Широкая улыбка озарила окровавленное лицо юноши. Он только что совершил месть тому, кто попытался лишить одну из его самых дорогих его девушек, забрав у того родного сына.
- ТЕРЕ-Е-ЕН!!! – возопил маг, хватая с земли посох, но не успел он набрать в него маны для огненной стрелы, как, преодолевая двумя шагами находящийся между ними стол, Киргот сломал своей ногой оружие заклинателя и впечатал его самого в землю.
