- УА-А-А-А!!! – в конечном итоге, в кипе ободранных лохмотьев остался лишь маленький годовалый ребёнок. Все те годы, все радости, все страдания, привычки, познания всё, чем была Марианна Трист, как и она сама, исчезло в небытие. Это небольшое создание продолжит жить, начнёт заново обживаться в этом мире, вырастет, в конце концов, однако это будет уже совершенно другой человек.
- Спасибо, я найду ей новое пристанище, – поблагодарила Минерва, укутав малышку в её же меховую накидку. А затем пришло время выполнять обещание. – Чтобы стать богом…
- Хаа… Убирайся!.. – однако вместо того, чтобы дослушать, Кир попытался прогнать богиню. Ноги его едва держали, в голове каша, а перед глазами пелена. Единственное, на что хватило его сил – запечатать свою истинную силу и упасть на руки Клехии. Сознание не покинуло его, однако называть его светлым язык не поворачивался.
- ...Тебе остаётся только переделать своё тело соответствующим образом. Как у Энгары, – закончила девушка, решив всё же осуществить свою часть сделки. Лишь после этого, когда от солнца остались мрачные красные сумерки, богиня мудрости вместе с рыдающим ребёнком исчезли, окончательно избавив Кира и его девушек от своего присутствия. Лишь белая сфера осталась после них.
Глава 12 – Послание от Фарана
Конец. Марианна Трист, яростная мстительница с луком, более не существовала, ведь Кир вернул её в младенчество. На день героя исцеления выпало слишком многое, и в совместительстве с серьёзным отравлением своей же божественностью, события последнего получаса попросту отказывались выстраиваться в голове. Лишь холод босых ног и доспехов Клехии напоминал о реальности.
- Лорд Кир! Его царское величество Ургус Третий ожидает вас во дворце, – к завываниям зимнего ветра присоединился неприятный голос разодетого в парадные одежды командира, за которым шли три десятка солдат. Все те, кто не подпускал обычных жителей к схватке богов, теперь намеревались поскорее проводить молодого человека к своему повелителю, но…
- Клехия… Хаа… Пусти, – с трудом вытребовал юноша, вырвавшись из ледяных объятий мастера меча. Девушка удивилась, однако так и не решилась позвать Кира. Выражение лица Сецуны можно было бы принять за безразличие, если бы только не тот факт, что она приковала свой взор к господину… Хозяину? Повелителю? К Киру, как он наказал себя величать. Что же до Аллы, то та в одной руке держала белую сферу, а в другой – пробитую через пятку ногу. Божественное оружие вернулось к изначальному облику, стрела исчезла, но вложенная в неё всепожирающая ненависть так никуда и не испарилась. Одну-единственную вещь требовала от лука девушка – способность убивать бессмертных. Особенно того, кто обидел её сильнее всех.
- Лорд Кир, идёмте, – предложил ряженный служивый, намечая путь в просторную карету. Мага-лекаря пошатывало, всё его тело жгло, ведь обычно спокойные потоки маны обратились в бушующий шторм. И даже так…
- Нет. Покажи мне раненных, – приказал монарх Панакеи, не теряя своей гордости. Решительный тон, впрочем, весьма разнился с осанкой утомлённого босого бродяги, коим герой выглядел после схватки. Сецуна с Клехией шли рядом. Сказать им было нечего, но воительницы напрягли каждый мускул с одной целью – подхватить любимого, стоило ему упасть.
- При всём уважении, но вы… – плачевное состояние юноши заметили и солдаты. И всё же, смотрел он не на них. Молодой человек грубо отпихнул командира, растолкал служивых, и всё для того, чтобы выбраться к раненным. Двоих, мужчину и женщину, спасти уже не получалось, но вот под стенами дома на противоположной стороне улицы, лежали семеро раненных. У кого просто ушибы, кому сломало кости, а кто и вовсе умирал от каменных осколков в теле.
- Я в порядке! А теперь дай мне, герою-целителю, хоть кого-то спасти! – воскликнул Кир с определённым запозданием, ведь их с командиром уже разделяли пять метров. Был ли это каприз? Либо же измученная душа мстителя желала хоть какого-нибудь искупления? А то и вовсе попытка занять себя чем-нибудь, чтобы не грохнуться спать на несколько дней? Какая бы ни крылась за этим причина, одно было едино – один за другим пострадавшие благодарили своего спасителя. Ну а нежно заулыбавшаяся Алла решила согреть его своим ласковым огнём.
