Битва за Туражевы хребты закончилась полнейшим разгромом армии фаранитов. Немногих оставшихся перебили, проявив к ним столько же жалости, сколько и они собирались оказать войску нелюдей. Победители, хотя было бы точнее назвать их выжившими, ведь уничтожением врага они были всецело обязаны подоспевшему на помощь герою-целителю, оставили своё оружие и сняли доспехи. Теперь это разномастное воинство занималось другими делами. Одни прибегли к самому обычному мародёрству: броня, мечи, алебарды, булавы, лошади, дорогие ткани, магические посохи – поживиться было чем, даром что всё придётся отчищать от крови, особенно отличились охочие до блестяшек огненные лисы. Другие же канатами поднимали громадный частокол – тут сила чаграевых медведей да толсторогих таров пришлась как нельзя кстати. Третьи же раскапывали братские могилы – как для своих, так и для врагов. В конце концов, колоспиным трупоедам плевать, на чьи трупы сбегаться. Тут помогали пещерные барсуки и ледяные волки. Горные эльфы же сторожили горизонт, досылая в спины считанных убегающих разящие стрелы. Здоровые работали, раненных лечили. Порезы с царапинами перевязывали сами пострадавшие. Ну а кому повезло меньше, тех в большом шатре, служившем главным штабом обороны, лечил сидевший за столом Кир. Вот и сейчас к нему принесли умирающего: нелюдь-барсук потерял руку. От заражения крови он бредил, его ужасно лихорадило. Герой исцеления, в свою очередь, попросту провёл над ним левой рукой, вернув отрубленную конечность. Глазастый наруч Георгий поначалу страшил нелюдей, но вот уже пятьдесят шестой спасённый за эту ночь полностью рассеял страх и недоверие к неприлично могущественному человеку. К тому же, рукавица позволяла как убивать, так и помогать другим, не заглядывая к ним в разум.
- Спасибо, спасибо, господин! – раздалась благодарность, но Киру было наплевать на признательность женского голоса. Одной рукой он спасал тяжело раненных, другой в самодельной реторте готовил из целебные отвары такой силы, что пары капель хватит на целую армию, параллельно ещё и доедая двухкилограммовый свиной окорок. Теперь-то юноша прочувствовал бремя божественности, и почему Алла так обжиралась. Его вены на руках теперь отдавали жёлтым оттенком, возвещая о необратимой трансформации алой крови в золотой ихор.
- Отец! Эликсир готов! Разбавишь в казане, и всем хватит, – заявил юноша, налив буро-зеленоватого раствора в бутыль из-под вина. Ясное дело, что в полевых условиях никакой алхимической тары не найдёшь, ну а немногочисленные имеющиеся зелья армия уже растратила. Ногато тут же вбежал в шатёр с тремя другими предводителями своих племён.
- Вы – наш спаситель, герой-целитель Кир. Я даже и не знаю, как мне вас отблагодарить, – заявил старейшина ледяных волков, передавая драгоценный пузырь предводительнице горных эльфов, дабы уже те раздали снадобье нуждающимся.
- Скодилия объявила войну, и нам нужны солдаты. За ними мы сюда и прибыли. Ну и, ясное дело, пожените нас с Сецуной, отец. Завтра нас уже здесь не будет, – заявил юноша. Снаружи готовилось празднество, ну а невесту всячески прихорашивали, пока жених помогал нелюдям и договаривался о помощи.
- Огненные лисы поддержат вас. Они нас так не оставят, а вы сильны, – вымолвила рыжеволосая старуха. В её карих глазах проглядывалась хитрость и опыт. Молодой человек сразу подметил себе держать с ней ухо востро.
- Наш народ обязан вам всем, а потому поддержит вас в войне, – сказал воитель с закрученными взад рогами. Старейшина таров всем своим видом высказывал намерение жестоко отомстить обидчикам, и Кир его прекрасно понимал. В Скодилии прольётся кровь, а всё из-за порушенных амбиций одного человека, оказавшимся императором второй по могуществу державы после Панакеи.
- Полагаю, раз остальные не пришли или молчат, значит они согласны со всем. Итак, вскоре я направлю сюда гарнизон своих солдат. По большей части, таких же как вы, – пообещал монарх, намеренно умолчав, что в рядах его армии гораздо больше демонов, нежели нелюдей. Но даже так, этого хватило, чтобы трое старейшин покинули шатёр, оставив Кира вместе с Ногато. Насколько мог предположить Кир, чагравые медведи к нему не присоединятся, ведь больше половины из них впало в спячку, ну а барсуки лишь желали отстоять свои земли.
- Вам ещё есть, что сказать, отец? – спросил герой исцеления, постукивая по полу высокими сапогами эльфийского пошива. Над штанами у него красовалась объёмная меховая юбка, а торс от холода укрывала дублёная куртка. Кир называл его отцом, будто бы их с Сецуной свадьба была уже состоявшимся фактом.
- Я не знаю, как вы это сделали, но моя дочь и правда стала гораздо сильнее. Скажите, как это у вас получилось? – спросил старейшина, с любопытством рассматривая оставшиеся на столе алхимические приспособления.
- Упорство, старания и любовь. Вот и всё, – уклончиво ответил маг-лекарь. Что он за собой заметил – так это как неудобно тот чувствовал себя в отрыве от своих девушек, настолько крепко они вписались в его жизнь. Но стоило только Киру опустить голову в раздумиях…
