Добро пожаловать на экскурсию в третью межмирную Магадемию. Да, я в курсе, что это стопицотая магическая академия. А вот захотелось!))) Каким-то непостижимым образом задуманная аффтаром хроника с налётом детектива превратилась в комедию положений. А ведь хотелось чего-то солидного, серьёзного. Ну, что выросло, то выросло))) Черновик.
Величественное здание Третьей Межмирной Магадемии видно из любой точки города. Оно словно парит над Рибовиллем, осеняя своей тенью улицы и площади. Эффект достигается в основном за счёт высоченного холма, на макушке которого пристроилась Магадемия, но и само здание очень велико, если не сказать огромно. Сложенная из бурого кирпича в виде гигантской буквы Н, семиэтажная Магадемия ещё и гордо устремляла в небо башенки лабораторий, пристроенные на краях обоих крыльев и в местах их пересечения с поперечной перекладиной.
Некогда, в прежнем здании, лаборатории находились в подвалах. Места для работы тогда было побольше, но любому из нынешних исследователей, рискнувшему пожаловаться на тесноту и неудобства, вежливо показывали дорогу к развалинам Второй Магадемии. Древняя магия сохранила их почти нетронутыми и каждый мог послушать гида, смакующего подробности ужасного взрыва и полюбоваться, чем чреваты нарушения техники безопасности. А вот что случилось с Первой Магадемией — никто уже не помнил, да и развалин не осталось, но строить четвёртую никому не хотелось.
Впрочем, всё это дела давно минувших дней. Сегодня на всех шести башнях Магадемии развевались флаги и с самого утра до жителей города долетали отголоски весёлого шума.
Когда бурление и кипение в нижнем дворе Магадемии, специально предназначенном для торжественных сборищ, достигло предельно допустимого уровня, ректор сего достойного заведения Варрик фон Баррик, оценивающе, словно алхимик закипающее зелье, оглядел пёструю мешанину лиц и нарядов и, набрав побольше воздуха в лёгкие, сделал первый шаг.
Пробиваться сквозь плотную толпу учеников было бы долго, да и чревато последствиями. Некоторые из студентов дорого бы дали, чтобы пощупать ректора. Не подумайте ничего плохого. Конечно, тот был возмутительно молод для своей должности и невероятно хорош собой, но подавляющее большинство учеников интересовали вовсе не ректорские прелести, а крылья. По слухам, радужные драконы, оставались крылатыми и в гуманоидной ипостаси, но крылья показывали очень редко и лишь избранным, так что возможность прикоснуться к легенде перевешивала все остальные доводы.
Варрику крылья были дороги, поэтому он эффектно сбросил с пальцев несколько голубоватых искорок, тут же выстроившихся по ранжиру. Ректор привычно расслабился и плавно взошёл по воздушным ступеням на невидимую простым смертным дорожку. По ней он степенно вышагивал над головами учеников, пока не добрался до возведённой по случаю нового учебного года трибуны. Мало кто мог остаться равнодушным к свободно гуляющему по воздуху магу, и пока ректор добирался до места — толпа благоговейно затихла. Кто-то со старших академических курсов восхищался безупречно сплетённым заклинанием, девицы из коллежа, раскрыв рты, глазели на знаменитого красавчика, а лицейская малышня просто замерла от восторга при виде творимой на их глазах настоящей магии.
Дойдя до места, ректор прокашлялся, готовясь к речи. В ответ из расставленных вокруг двора отражателях звука раздалось противное завывание и зловещий хохот. Новенькие ученики вздрогнули и принялись в панике оглядываться, ища неведомое чудовище. Секретарь ректора, стоявшая у центрального входа в Магадемию, показала кулак почти незаметному в свете дня привидению, отвечавшему за артефакты-усилители, и звук моментально стал более пристойным.
Фон Баррик начал традиционную приветственную речь, которую столь же традиционно никто, кроме новичков, не слушал, но все делали вид, что внимают. Он механически молотил языком, говоря положенные слова, а сам присматривался к ученикам. Какие неприятности принесёт набор этого года, было пока неясно, но практика давно показала, что те всегда превышают ожидаемый уровень. К тому же ректор имел глупость поспорить со своим секретарём на бутылку «Лунной радуги». Гмерреда утверждала, что в этом году первыми отличатся старички, а сам Варрик склонялся, что новенькие успеют устроить бедлам со свистопляской раньше.
Посреди бородатой шутки, которой полагалось заканчивать вступительное слово, грянул взрыв. Некий изрядно подкопченный объект пролетел над головами собравшихся и протаранил одно из окон учебного крыла, неуклюже ввалившись вовнутрь с ужасающим грохотом и звоном. Студенты проводили летуна восторженно-завистливым воем и аплодисментами.
Новый учебный год можно было считать начавшимся.
Ректор, не оглядываясь, вызвал по связному амулету секретаря-психолога. Ну да, профессия такая. Экспериментами не только в Магадемии занимаются. Нынче все ВУЗы лезут из кожи вон, пытаясь изобрести что-нибудь этакое. А как потом бедным выпускниками с диковинными специализациями вроде повар-артефактор жить, никто не задумывается.
— Гмерреда, похоже, «Лунную радугу» нам придётся покупать вскладчину. Профессор Стокс обогнал всех претендентов, а на него-то мы и не ставили.
