– Конечно. Здесь есть все. На складе имеется запас воды, продовольствия и товаров первой необходимости на три года и даже уборная. Ох-хо-хо, значит, воды, да? Какая тебе больше нравится: артезианская или с газом? Нет, тут даже спрашивать не надо, конечно, артезианская. Вообще не понимаю, как можно пить газированную. А, тебя недавно рвало. Нужно успокоительное? Так, посмотрим, что у нас есть.
Брат был из тех, кто не скучал даже в одиночестве. Он открыл черную дверь рядом с мониторами и вошел в кладовку.
– Чонмин, – позвала я, и мы переглянулись. – Раз камеры стоят даже в ванной, может быть, он знает о смерти дяди?
Среди мониторов были и те, на которых отображались моя комната и ванная. Я вспыхнула от стыда при мысли о том, что ела, спала, умывалась и ходила в туалет на глазах у Брата. Но если он ничего не проглядел, то сможет рассказать, как умер дядя.
– Ого, ситуация снаружи пугающая. Со сколькими она уже разделалась, даже не достав оружия?
Неизвестно когда появившийся с водой и лекарствами Брат пристально следил за происходящим на мониторе, надев на нос очки в роговой оправе. Минхе, зажав под мышкой голову мужчины средних лет, бросилась на стол и ударила противника о его край, а затем вытянула руку и глубоко вонзила кухонные ножницы ему в заднюю часть шеи.
– Господин Брат…
Я оторвала взгляд от молодого человека, бросившегося к Минхе с киркой, и посмотрела на Брата.
– Эй, зови меня просто Братом. Если добавлять слово «господин», кажется, будто это мое имя. А у меня, вообще-то, другое имя есть. Первый слог – Ён, означающий «яркий»…
Он опять пустился было в пространное объяснение, но я быстро прервала его:
– Ты видел, как дядя покончил жизнь самоубийством? Это ведь должно было остаться на камерах видеонаблюдения!
– На, для начала смочи горло.
Болтун Брат резко умолк и протянул мне воду и лекарство. Он подошел к консоли и что-то набрал. Тут же на всех десяти мониторах возникло одно изображение. Это был дядя, брившийся в ванной. Он нанес на бороду пену и аккуратно подравнивал лезвием бакенбарды. Я смотрела на его круглую спину, поношенную футболку и гладкую макушку, и моя недавняя обида улетучилась. Каждый раз, когда я видела его спину, мне хотелось подбежать к нему и пощекотать, но почему-то я ни разу этого не сделала. Может быть, я не хотела первой переступать черту, которую дядя провел между нами.
– Это день происшествия. Пока к нему никто не вторгся. Как видите, он умылся, побрился и… вышел из ванной и даже рук не вымыл. Пошел в гостиную. Заметили, как он поднял руку и сжал пальцы? Так он послал мне сигнал. Чтобы я вывел на экран телевизора карту киллеров столицы. Я тут же это сделал. Так, видите цветовые коды на карте Сеула? Ух, так и пестрят. Не подобрался ли черный слишком близко к съемной квартире Джиан?.. В общем, он беспокоился, что к тебе вломится группа убийц, поэтому обязательно все проверял перед сном.
Неспешно зевнув, дядя взял пульт и выключил телевизор. Он послал воздушный поцелуй в сторону моей комнаты и пошел в спальню. Дядя уже собирался лечь в кровать, как вдруг наклонил голову и поднялся.
– Похоже, кто-то пришел, но камера за забором вырубилась. Камеры внутри дома тоже засняли только спину Джинмана, идущего к входной двери. Десять камер видеонаблюдения последовательно отключились. Я пробовал и звонить, и перезагружать их, но в течение часа ничего не работало. Мне жутко хотелось выбежать наружу. Но я должен был соблюдать правила. Джинман сказал мне ни за что не покидать склад, даже в чрезвычайной ситуации.
После этого часового перерыва дядя уже лежал в ванне. А Брат в полуобморочном состоянии смотрел на человека, утопавшего в крови, и с тоской думал, почему все люди, которых он считал старшими братьями, покинули его вот так.
– Кто в тот день двигался по карте киллеров? – спросил Чонмин.
– Никто. Как ни странно, в тот день никто не проявлял активности.
– Ты отслеживаешь это только с помощью трекеров? Их ведь можно убрать в любое время.
Кто-то вполне мог избавиться от отслеживающего устройства и попытаться тайно проникнуть сюда.
– GPS-трекер имплантирован в плечо. Он находится вот здесь, в верхней части руки, между подмышкой и локтем. Можно, конечно, решиться и вырезать его, но это быстро обнаружится. У кодов есть правила. Их установил Джинман. Во-первых, нельзя повреждать отслеживающее устройство. Во-вторых, никогда нельзя выбирать целью друг друга. Однако второе правило не распространялось на тех, кто удалит трекер. Иными словами, Джинман оставил наказание на усмотрение пользователей. Поэтому удалять GPS-устройство очень опасно. Ведь церемониться никто бы не стал.
Получается, дядина смерть – дело рук не убийц и не киллеров. А сколько обычных людей знали, что дядя – торговец оружием? Кто бы это ни был, получалось, что он одолел и убил дядю, а затем втянул во все это меня. Если это был обычный человек, какую цель он преследовал? Непонятно. Какой смысл захватывать склад с оружием и информацией о местонахождении смертоносных охотников, если это сделает тебя их мишенью номер один?
