– Выходит, вы тоже красный код?
Ынок вынула дымящийся картофель. Я уже успела проголодаться, поэтому тут же сунула в рот горячий кусок.
– Я ничего не знаю о кодах. А слово «киллер» отвратительно, поэтому я не хочу его произносить. Просто я в долгу перед Джинманом и всегда считала, что однажды следует расплатиться.
У дяди были связи не хуже чем у обладателя бриллиантового уровня в финансовой пирамиде. Ынок не могла оплатить обучение детей в университете, и дядя ей помог. Ее знали как тайного мастера, отлично обращающегося с ножами, поэтому дядя пришел к ней и предложил обучать красные коды. На деле ее единственной ученицей оказалась Минхе.
– Я хотела отказаться, потому что мне было стыдно брать деньги ни за что, но когда наступал очередной учебный год, он продолжал пополнять депозит. Стесняюсь признаться, но я многим обязана Джинману. А еще он заходит каждый вторник, чтобы купить мясо. Этот упрямец ни разу не позволил сделать ему скидку хотя бы в сто вон[28].
Я не смогла прожевать последний кусок картошки, который положила в рот, и проглотила его целиком. В нашем родном городе тоже было полно мясных лавок. Ехать за мясом в Сеул целых восемьдесят километров было совершенно нелогично. Это означало, что у дяди здесь были и другие дела.
– Он просто покупал мясо? Или ему нужно было что-то еще?
– Почему же? На самом деле я…
Ынок, похоже, собиралась рассказать длинную историю, поэтому зашла за витрину и принесла оттуда красный пластиковый стул.
– Чон Джиан, вставай уже, – послышался из наушника голос дяди.
Он что-то скрывал от меня. С того конца провода доносилось сдавленное дыхание, заметить это могла бы только родственница, долгое время делившая с ним кров.
– Почему ты ведешь себя так подозрительно?
– В мясной лавке тоже небезопасно. «Вавилон» внедрил куда-то в твое тело GPS размером с рисовое зернышко. И сейчас на его сигнал отовсюду стекаются исполнители. Даже если вмешаются красные коды murthe-help, они будут в меньшинстве. Не создавай проблем госпоже Сим, выходи сейчас же.
Дядя точно что-то от меня скрывал. Однако слова о том, что в лавку стекались исполнители «Вавилона», не казались обманом. Судя по тому, что я некоторое время шла без мобильного, а код 91 все равно села мне на хвост, все так и было. Когда я готовилась к спортивному матчу, у меня было много мелких ран, и перевязками занимались разные люди. Вполне возможно, что среди них были приспешники «Вавилона».
– Ругает тебя за медлительность? Да уж, не зря говорят, что мужчины совсем не умеют ждать. Даже в ресторане они быстро-быстро набивают желудки и тут же идут на улицу курить. А племянниц заставляют тревожиться…
Ынок сочувственно сжала мою руку.
– Я потом еще загляну. Желаю вам успешного лечения от рака и скорейшего выздоровления.
Я кивнула на прощанье и направилась к выходу. Ынок последовала за мной и быстро положила мне в карман две купюры по пятьдесят тысяч вон.
– Почему вы даете мне деньги?
– Просто потому, что ты красавица.
Ынок сунула обе руки за пояс кожаного фартука и проводила меня к выходу. Она казалась сумчатым животным, которое редко встретишь в джунглях, где обитают голодные хищники. Стоило ей закрыть дверь лавки, как из торговых улочек слева и справа донеслись легкие, но упорные шаги. Обернувшись, я увидела, что ко мне, как и ожидалось, приближались два исполнителя: мужчина средних лет с явно поддельным полицейским жетоном и молодой человек в теплой не по погоде кожаной куртке с молотком в руках.
– Постарайся выжить, Чон Джиан, – трагически произнес дядя.
Я отвернулась от переулков и побежала к главной улице. Звук шагов за моей спиной стал громче. Исполнители мешали друг другу и кричали. Похоже, сейчас было бы лучше прыгнуть под машину и получить травму. Молоток, который должен был прилететь мне в затылок, упал, не попав в цель и лишь слегка ударив меня по плечу. Мужская рука, от которой пахло сигаретами, потом и духами, схватила меня за край футболки.
Если я замедлюсь, мои шансы на выживание уменьшатся. Однако путь на улицу Ёнсокдон, где находился круглосуточный магазинчик Good Day, шел в гору. Я задыхалась, мне казалось, что грудь вот-вот лопнет, ноги совсем ослабли. Вдруг я споткнулась о выступающую тротуарную плитку и упала. Мужчина, хрипло дыша, посмотрел на меня сверху вниз.
– Чон Джиан, как можно переезжать из-за такой ерунды? Иногда местоположение – главное оружие.
В памяти всплыло давно забытое воспоминание. Кажется, тогда я училась в четвертом классе начальной школы. У меня были верные друзья, мы даже называли себя «четыре мушкетера». Изначально нас было трое, но однажды к нам перевели новую ученицу, и мы превратились в неразлучную четверку. Я была единственной, кто жил на окраине, остальные были соседями в одном из многоквартирных домов в центре города. Естественно, три девочки, которые встречались утром и вечером по пути в школу и из школы, стали сближаться сильнее. И вот однажды я узнала, что эти трое собираются устроить пижамную вечеринку без меня. Вернувшись домой, я разрыдалась и затопала ногами, требуя переехать в центр.
