Дэниел лихорадочно размышлял. Что-то не сходилось. С чего бы Сильверу исчезать? Если магазин находился в опасности, как это значилось в его записке и что подтверждали трещины на стенах, то мистер Сильвер был бы последним, кто его покинет, Дэниел это знал. И почему он был вынужден бросить книгу?
– Подождите-ка, – вдруг сказал он, – когда мы оказались в Нью-Йорке, мистер Сильвер наконец-то нашел свое «сокровище» – что бы это ни было. А теперь, несколько дней спустя, он исчезает. Это не может быть совпадением, правда?
– Но чем было это сокровище? – спросила Элли. – Было ли оно чем-то опасным? И зачем ему исчезать вместе с ним?
Дэниел покачал головой:
– Есть только один способ ответить на эти вопросы. Похоже, я должен снова наведаться на Волшебный базар.
– Ты уверен?
Элли прижалась к оконному стеклу, всматриваясь в холодную темноту Манхэттена. Пошел снег. Было уже далеко за полночь, и мистера Сильвера не было целый день.
– Уверен, – отозвался Дэниел, надевая пальто и перчатки и наматывая шарф.
– Хотела бы я пойти с тобой. – К величайшему удивлению мальчика, Элли крепко его обняла. – Будь осторожен.
– Я буду. Мне пора идти.
Улицы Нью-Йорка были пугающе тихи той ночью, все звуки тонули в густом слое снега, окутывающем город. К тому же люди предпочитали не бросать вызов пронизывающему ветру и обледеневшим тротуарам.
Центральный парк теперь, когда Дэниел был один, казался еще больше, и вместе с ночью на улицах оказались и те, кто предпочитает делать свои дела незамеченными. Он вжал голову в плечи и ускорился, очень стараясь ни на кого не глядеть. При переходе через небольшой пешеходный мостик мальчику вдруг показалось, что его кто-то преследует, и он перешел на бег и не останавливался, пока не добежал до «Плазы». Через восемь кварталов он завернул в переулок и очутился на Волшебном базаре.
Внутри был только один покупатель – мужчина в длинном коричневом пальто, ходивший между рядами склянок.
Дэниел подошел к прилавку.
– Простите?
Владелец магазина, тот самый, с кожей, напоминавшей заплесневелый сыр, рассматривал золотой медальон через увеличительное стекло. При звуках голоса Дэниела он поднял голову, настороженный глаз его казался огромным сквозь линзу.
– Возврата не делаем, – бросил он и вновь сосредоточился на медальоне на прилавке.
– Что это значит?
– Я никогда не забываю лица, – сказал продавец, – особенно связанные с такой суммой наличными. Ты был здесь несколько ночей назад с богатым мужчиной. Так вот, можешь ему от меня передать: посылать ребенка в надежде меня разжалобить – плохая идея. Я не делаю возврат.
Дэниел покачал головой:
– Я здесь не поэтому. Мне нужно поговорить с вами о том, что вы нам тогда продали.
Продавец поднял на мальчика глаза и улыбнулся, обнажая неровный ряд гнилых желтых зубов:
– Ах, это! Занятная вещица.
– Занятная?
Продавец перегнулся через прилавок:
– Весьма ценная к тому же. Не каждый день покупаешь кровь единорога.
Рядом что-то прогрохотало: второй покупатель уронил жестяную коробочку на пол и, опустившись на колени, собирал рассыпавшийся порошок.
– Эй, – закричал продавец, – поосторожней с товаром! Что ломаешь – то покупаешь!
– Кровь единорога? – переспросил Дэниел. – Вы что, смеетесь?
– А что, похоже?
– То есть вы хотите сказать, что единороги действительно существуют?
Дэниелу пришлось признать, что мир был куда более странным местом, чем он мог себе вообразить. Но единороги? Это уже слишком.
– Парень, если знать, где искать, все действительно существует.
– Зачем кому-то кровь единорога?
Продавец улыбнулся:
– Кровь единорога иногда еще называют Эликсиром Жизни. Всего несколько капель исцелят от болезней и придадут сил. Это очень редкая вещь. И очень дорогая. Что, конечно, мне нравится больше всего.
Вот то, в чем Дэниел надеялся ошибиться. Сильвер был болен, другого объяснения не было. И «сокровище», которое он искал с таким отчаянием, было лекарством.
Когда мальчик вышел из магазина, на улице похолодало еще сильнее и снег валил хлопьями. Он потуже намотал шарф и, ссутулившись от ветра, пошел обратно.
В Центральном парке ветви деревьев согнулись под тяжестью снега. Дэниел шел по сверкающей белизне, поскрипывая и оставляя следы. Дойдя до самого темного участка дороги, под мостиком, мальчик вновь почувствовал, что кто-то его преследует.
Он быстро оглянулся.
Он был не один.
Сквозь падающий снег он разглядел фигуру в длинном коричневом пальто и узнал в ней покупателя, которого видел на Волшебном базаре. Человек немного притормозил, когда мальчик оглянулся, как бы стараясь выглядеть менее подозрительно. А потом произошло нечто, от чего у Дэниела мороз прошел по коже: на лице его преследователя загорелись две яркие точки, оранжевые, как кончик тлеющей сигареты.
Это были глаза.
В двух сотнях метров уже был виден вход в парк.
Дэниел рванул что было сил.
