Не то, чтобы с тех времен что-то особо изменилось, но до меня стало доходить, что магия — это мешок сюрпризов, никогда до конца не знаешь, что Фатум достанет из этого мешка на этот раз. Тот же Единый, я ведь действительно думал, что этот мудень от меня отстанет, если его не трогать, вот только я перешел ему дорогу, просто фактом своего существования. Не было бы меня, и он бы уже вполне мог воскреснуть. Нашему миру пришел бы пиздец, но божок бы только поимел с этого силу и боготворящих его верующих.
Удача одних — это неудача других. Впрочем, я не собираюсь перекладывать всю ответственность на одну лишь удачу. Если ты сам ни черта не делаешь, то и повезти тебе просто физически не может. Впрочем, вспоминая, как я оказался на улице с голой жопой, возможен и обратный вариант. Никогда не знаешь, где найдешь, а где потеряешь.
Отчего-то в этот момент мне вспомнилась книга Вальтера об адептах Оптимизма. Я ее так и не дочитал, замотался со всеми этими делами. Интересно, к чему придет герой к концу своей истории? К чему я приду по окончанию своего планарного путешествия?
— Мы сами куем свою судьбу, хотя немного удачи все же никому не повредит… — с усмешкой произношу.
В какой-то момент, я поймал себя на том, что уже минут десять пялюсь на пирамидку, что собрали для меня близнецы. Пора бы уже попытаться расспросить Ангела, но сперва я все же испытаю устройство на пойманном ранее дьяволе. У меня как раз завалялся подходящий кандидат для вербовки.
Вытащив из волшебной сумки красный рубин размером с яйцо, который светился изнутри яростным светом, я поставил его в специальный паз сверху пирамидки. Включив устройство, я, пользуясь инструкцией, настроил его.
Помедлив, я надел очки дополненной реальности. Стоило мне это сделать, как передо мной появилось огромное существо с чешуйчатой серой кожей, крыльями и ветвистыми рогами. Рогатый дьявол внушал своими размерами, он голыми руками способен оторвать башню у танка, настолько он силен.
—
Если он и планировал меня подобным образом напугать, то он сильно просчитался. Небольшое усилие и я уже обратился в Исчадие Преисподней. Ощущая мощь своего тела, рогатый гигант передо мной уже не так сильно впечатлял своими размерами, если понадобится, то я его в бараний рог скручу.
— Не раньше, чем я сожру тебя сам, — оскалился я своей крокодильей улыбкой.
Протянув вперед руку, я схватил проекцию Рогатого дьявола за рог, и у меня это даже получилось. Рывком заставив встать его на колени, я посмотрел этому огромному дьяволу в глаза. Он был в ярости, но не мог мне сопротивляться.
— Ты мне подчинишься, либо я выброшу твой камень душ в такую дыру, где ты будешь заперт до скончания времен. Мне уже не терпится это сделать, — оскалился я. — Я даже буду порой навещать тебя, чтобы насладиться твоими угрозами и проклятиями. Это настолько заманчиво звучит, что я уже раздумываю, а не сделать ли так забавы ради?
После моего спича я увидел в глазах дьявола испуг. Он понимал, что я действительно это сделаю, стоит ему хоть что-то сказать, что меня не устроит. Но в тоже время он был достаточно зол на меня, чтобы чисто из упрямства мне отказать.
Наклонившись поближе, я заглянул дьяволу в глаза:
— Давай же! ОТКАЖИ! — немного безумно кричу.
Было видно, что Рогатый ненавидит меня всеми фибрами своей души, но вместо отказа он встал на колено:
—
Обращаясь обратно в человека, я с усмешкой произнес:
— Я, Магджи, принимаю твою службу, с этого дня ты мой самый верный телохранитель и повар, — оскалился я.
В этот момент я ощутил, как между нами словно образовалась незримая связь. Он признал мою волю, тем самым вверив свою судьбу в мои руки. С помощью этой связи, я могу точно узнать, жив ли Белофор, а также, что он что-то замыслил против меня. Это не чтение мыслей, скорей ощущение намерения. Даже без этой связи, я понимал, что Белофор желает меня предать.
— А теперь, раз уж теперь ты подчиняешься МНЕ, прими вид человека, для тебя будет первое задание, — серьезно произношу.
Белофор стал уменьшаться, принимая вид двухметрового крепыша в кожаной броне. Лысая голова, довольно пугающий вид. Рожа Белофора так и просила кирпича, настолько он походил на уголовника.