А вот сушёных гербариев и всяких травок, развешенных веничками, я не нашёл. Однако, по зимнему сбору подумывал об их присутствии. Зато несколько дверей увидел в стенах.
Одна из них расположена прямо напротив входа, и, наверняка, там есть дополнительная комната с выходом на задний двор. Причём, размер того помещения не уступит этой комнате. Я габариты теремка уже прикинул в уме, автоматом, так сказать. Остальные комнатушки маленькие получаются.
— Раздевайтесь, не стесняйтесь и рассаживайтесь, — проговорила хозяюшка и указала на накрытый стол, во главе которого стоит самовар.
А ещё оттуда пахнут стандартные пироги, которые тут популярны. Аромат мяса меня обрадовал, так как исходит и из печи. Поесть нам удастся, и это радует.
— Спасибо, — я не стал капризничать. — А почему я во множественном числе звучу? — пришлось уточнить эту промелькнувшую детальку. — Э-м, раз мы на «ты» договорились общаться. И откуда ты, Наденька, меня знаешь? — не удержался я от напоминания.
— Так вас трое, — она обернулась и одарила меня улыбкой. — Грифон, и фамильяр, которые прячутся, — пояснила она, как ни в чём не бывало. — Я, вон, приготовила и зайчиков парочку, — Надя кивнула на маленький столик, который я не заметил сразу.
Там лежат две свежих тушки.
— Спасибо тебе, ещё раз, — среагировал я сдерживая эмоции. — Так откуда? Я про…
— Да вот так вот, — девчонка пожала плечами, как бы извиняясь. — От природы такая, посему и живу одна. Вижу я всё, что припрятано под защитою магическою, а сама прячусь хорошо.
— Ты лесная… — тут я осёкся, чтобы лешим её не назвать или ещё кем.
— Обычная, просто гонят отовсюду, — с радостью добавила хозяйка и поднесла к столу запеченую зайчатину. — Старатели заходят частенько, когда им поправить руны на защитных артефактах нужно, — продолжила она, садясь и сама. — Знаю про тебя, так как, поди, все уже знают в двух городках, как ты с цифрами дружишь. Про одинокую башню все знают, — она прервалась. — У меня тоже есть тайна, как у тебя.
— Я заметил, — наконец-то мне удалось выдохнуть.
— Не всё, — улыбнулась хозяйка, наливая чего-то травянистого в кружку. — Ты за окно глянь, туда, где тын начинается, — девчушка обозначила ориентир.
— Угу, благодарствую, — вначале я принял напиток. — И что там? — тут я повернулся и глянул в указанном направлении…
— Ё-моё! Наденька?
С этими словами я выронил чашку, а руки потянулась к револьверу и шпаге.
Вжик мгновенно вылетел к окну и оскалился, ну, а Чукча приготовился к схватке не на жизнь, а насмерть… Точнее, он захотел попробовать свою ударную магию фамильяра, чьему хозяину грозит гибель…
— Нет, не надо… — Прозвучали ласковые и спокойные слова от Наденьки. — Они не кусаются…
Я выполнил просьбу, отменил назревшую атаку и убрал всё оружие, но не отводил взгляда с улицы.
Я… Нет, не я, а мы…
Короче, наша троица гостей просто впились взглядами за окно в сторону пары кусков тына, из тех многих, которые торчат тут и там из сугробов. Посему, я и не обратил внимания на эту плетёную изгородь при первоначальном осмотре.
Странный зверь спокойно рассматривает нас.
Внешность исчадия такова, что я никогда не смогу угадать названия этого хищника. Но оно точно не ягодами питается. Сходство есть с волками или с гиенами, покрытыми длинной шерстью у шеи, и постепенно теряющую густоту к задним конечностям и хвосту. Хвост толщиной с ногу, если что.
Однако, в дополнение ко всему, этого волко-гиену прародители украсили шипами дикобраза. Очень красиво окрашенными и густо торчащими у шеи. Ну, и плавный переход к иголочкам наблюдается, как и у шерстяного покрова, к хвосту. Расцветка, или масть этого творения неизвестных похожа на тигриную. Морда вытянута. Пасть… Э-м-м… Пасть — достойная и клыкастая.
Насмотревшись на нас, это животное глянуло на снег, аккурат под себя.
Естественно, что мой взгляд устремился туда же. Эге! Вот те да! Там выводок из таких же, только мелких очаровашек. С мамой играются, или с папой. Если логику подключить, которая наотрез отказывается сотрудничать с мозгами и сейчас работает с перебоями и техническими паузами.
Я взял себя в руки, ведь оно не кусается, исходя из полученной информации от Бестужевой.
— Наденька, а кто это такое? — задал я единственно уместный вопрос в такой ситуации.
Девчушка встала с места, подошла к окошку, помахала животному через стекло и тихонько задвинула занавеску. Вернулась к столу.
— Колючий демон, Волочья Ехидна, — прозвучал ответ, не делающий мою жизнь легче. — Вы пироги-то кушайте, — Бестужева подвинула мне плетёную тарелку. — Они безобидные у своего логова, что рядышком, в подземельях. Кусаются, конечно, и лютые в битвах, стрелять иглами могут, — она прервалась, чтобы отхлебнуть чая. — Вот, от летней спячки очнулись недавно, да и потомство вывели на свет из пещер. Но в этот раз их много больше из глубин разлома поднимается. Наверное, что-то нехорошее готовится в Великих Хребтах…
