В комнате было не так тесно, как в остальной части дома: наверное, Ластианакс выкинул отсюда все барахло, пока жил здесь. Лишь в одном углу булькали три-четыре пары водяных часов. «По крайней мере, я не опоздаю», – подумала Арка, садясь на кровать. Светящийся шар освещал прочую обстановку: сундук для одежды, стул и небольшой стол, на котором лежала стопка чистых пергаментов, перья, а еще стояла большая тарелка с тушеной рыбой и жареными водорослями.
Рядом с кроватью в стене имелось треугольное окно. Арка взяла тарелку и, скрестив ноги, устроилась на подоконнике, привалившись спиной к стене. Девочка ела, любовалась открывавшимся с башни видом и думала о том, как круто изменилась ее жизнь: она стала ученицей, к тому же у нее появился наставник, о котором она ничего не знает. Донжон возвышался над городом, повсюду горели маленькие точки света – окна домов. Ночью башни стали похожи на гигантских призраков, облаченных в черные одеяния. Вдали за куполом протянулись вдоль ледяной пустоши Рифейские горы. Арка вспомнила, как под давлением обстоятельств они с Пентесилеей укрылись в Напоке. Поначалу им пришлось непросто: они не знали этот город, с трудом привыкали к местным обычаям. Сейчас Арка вновь столкнулась с похожими трудностями. Вот только на этот раз рядом нет Пентесилеи и не с кем разделить заботы. Оказавшись против своей воли втянутой в восстание в Напоке, царевна погибла на глазах у Арки: ее разорвала свора собак, которую натравила на царевну полиция. Арка закрыла глаза в тщетной попытке избавиться от этих воспоминаний. Внезапно ей стало очень одиноко.
Какое-то время девочка сидела на подоконнике, сжимая пустую тарелку, потом наконец встала. Порывшись в сундуке, она нашла ночную рубашку, надела ее, сунула под мышку светящуюся сферу, парящую в комнате, и легла в кровать. Арка перекатывала в ладонях мерцающий стеклянный шар и перебирала в памяти череду событий, оторвавших ее от родных людей и приведших в эту незнакомую комнату.
Девочка скучала по Карапузу: он был единственным близким существом, которое у нее осталось. Потом она подумала о своем отце: он ждет ее где-то в Гиперборее и скоро она его найдет. Эта мысль немного ее успокоила.
На шаре была нарисована маленькая печать, похожая на ту, что была выгравирована на ее браслете-крыльях. Арка нажала на печать, и свет стал меркнуть, а затем и вовсе погас. Она нажала на печать еще раз, и сфера снова зажглась. В другое время она ради развлечения еще раз десять понажимала бы на печать, включая и выключая свет, но день выдался долгий и от усталости у нее слипались глаза. Арка коснулась печати, чтобы уменьшить яркость, и позволила шару парить рядом с кроватью.
Этой ночью ей пригодится ночник.
Подоткнув край простыни под подбородок, она сомкнула веки и заснула.
