— Привет.
— Решила искупаться без меня?
— Я подумала, ты, если что, не упустишь своего шанса.
Он обнял меня.
— Я задержался.
— Они появились?
— Ага.
Первый луч солнца показался над горизонтом. Вода заискрилась. В паре десятков футов от нас Антонио и Лесли, держась за руки, вышли на пляж. Загорелый обнажённый мужчина с рыжими волосами расхаживал взад-вперёд по прибою, нервно поглядывая в нашу сторону.
— Сын в порядке?
— Да.
— А у тебя все хорошо?
— Да.
— Хорошо. — Я прижалась к нему. — Кто этот голый парень на пляже?
— Трой. Он медик. Он говорит, что учился у Дулиттла.
— О, хорошо. Кажется, у меня сломана левая рука.
Кэрран издал низкое рычание. Я обняла его здоровой рукой и поцеловала.
Прекрасная русалка проплыла мимо нас в воде, её тёмные вьющиеся волосы струились за ней влажными спиралями, а глаза были ярко-красными, и я поняла, что это Солина. Она улыбалась.
— Готова пойти домой? — спросил Кэрран.
— Дай минуту.
Вдалеке Дарин выпрыгнул из воды, его хвост был ярко-голубым, как душераздирающая синева. За ним выпрыгнули остальные дети, как стайка дельфинов, их хвосты, плавники и чешуя блестели.
Мы плыли в тёплой воде, пока восходило солнце, и дети-русалки из дюжины мифов играли в волнах.
КОНЕЦ
