Скупой на слова боевой маг испытывал неожиданную нежность к кусачей мандрагоре. Вечно притаскивал невообразимые алхимические подкормки, о которых я, человек ничего не смыслящий в садоводстве и один раз засушивший кактус, никогда не слышала.
Словно ощутив присутствие здоровяка, мирно дрeмлющая в ведре поросль пробудилась и начала шустренько выкапываться из земли. Бади вытащил из кармана широких брюк бумажный сверток, аккуратно развернул. Внутри прятался крошечный флакон и пипетка. С сосредоточенным видом он принялся добавлять крепко пахнущий эликсир в землю, а цветочек танцевал и пытался поймать капли на лету.
– Говори, – прогудел гость.
– Подкормить кустик тебя прислал Форстад?
– Да.
– То есть ты вроде птицы мира?
– Вроде птицы, - согласился Бади.
Неожидано меня прорвало. Жестикулируя и меряя комнатушку шагами, я выплескивала накопленное возмущение. бругала принцессу, припомнила расставание, разноцветное трио за столиком в кондитерской и еще кое-чего по мелочи. Высказалась и замолчала. В комнатушке воцарилась тишина.
– Помогу, - глубокомысленно ответил на длинную пламенную тираду Бади.
– С чем? – моргнула я, сдаваясь перед попыткой поcтичь мышление боевого мага.
– Скрутить парня. Спрятать тело. По обстоятельствам. - С серьезной миной о кивнул в сторону лопаты и поднялся с подоконника. - Зови.
– Ага, - с трудом сдерживая испуганный смешок, промычала я. – Спасибо, что выслушал.
– Обращайся, ниса Эден.
Илай появился после ужина, справедливо рассудив, что сытая девушка – расслабленная девушка, зачехлившая метлу и спрятавшая в шкаф ведьмовской колпак. Он сжал мои плечи, притупив бдительность неожиданным жестом,и ловко оттеснил в комнату.
– Ты что делаешь? – рыкнула я, пытаясь освободиться.
– Не возмущайся, Эден. Я спасаю тебя от ссылки в Рейнсвер.
– Чего?!
– Если в итоге ты меня прикончишь, то лучше без свидетелей. Понимаешь: известная семья, родословная и все такое прочее…
– Как у элитного кобеля? - не удержалась я.
Стоически проглотив ехидное замечание, он быстро прикрыл дверь, навалился на нее спиной.
– Нашла? - кивнул на лопату в углу.
– У тебя всегда такие оригинальные подарки, - заметила я.
– Прежде чем ты этим – кхм – подарком меня прикопаешь, позволь сказать пару слов в свое оправдание. У Троя с Дживсом было свидание вслепую.
– Вслепую – это как? Они глаза себе завязывали, а ты был вместо собаки-поводыря?
– Знакомство по переписке.
– То есть ты заменял сваху и выставлял новым подружкам оценки за умение вязать шарфики?
– Я присутствовал из мужской солидарности, – поправил он. - И понятия не имел, что девушки возьмут с собой подружку. Полагаю, что из женской солидарноcти. Помнишь Нину?
– Какую еще Нину, - сузила я глаза и, давая понять, что он вообще не делал лучше, многозначительно скрестила руки на груди. Красноречивый жест Илая не смутил, более того он не испугался пояснить:
– Которая с пуговицей.
– Тина.
– В смысле,тина? Болотная? - искренне озадачился он.
– Ту, которая с пуговицей, звали Тиной.
– Точно! – Илай щелкнула пальцами,и в разные стороны брызнули золотистые магические искры. – В таверну мы прихватили Тину для Дживса, но еда его заинтересовала больше.
– на коленки она к тебе плюхнулась от отчаянья, что наш клоун больше любит пожрать, чем блондинок, – с издевкой припомнила я поездку в карете. - Ты сам веришь в ересь, которую несешь, фея любви?
– Принцесса, правда зачастую звучит полным бредом.
– Серьезно, принцесса?
– В общем, извинения ты принимать не хочешь, - заключил Илай.
– Ты так странно извиняешься, что сразу не разберешь, но спасибо, что прислал Бади. н по крайней мере молчал и не хохотал, как припадочный, пока я высказывалась.
– Тактический ход оценила?
– Так себе хитрость. Легче не стало.
Вдруг он сжал мой подбородок пальцами, нагнулся и поцеловал. От уверенного, даже нахального прикосновения губ я перестала дышать, разучилась моргать и совершенно точно забыла, как мыслить трезво. Этакая безмозглая, обезоруженная ведьма.
– А теперь? – прошептал он, всматриваясь в мое лицо. – Уже меньше злишься?
– Вот еще… – с трудом ответила я.
– Хоpошо, потому что мне нравится тебя целовать.
Самым сложным этим вечером оказалось выставить его за дверь. Глубоко за полночь. С лопатой в обнимку.
Время кружилось в сумасшедшем танце. Оттепель сменилась морозами, ясная погода снегопадами. Верным пажам Форстада надоело спрашивать, не имеется ли у меня компромата на их лучшего друга, и они почти перестали вздрагивать, когда мы вместе входили в столовую. Наступило время первого в полугодии квеста.
Ранним утром, сонная, растрепанная и совершенно не готовая общаться с миром, прижимая к животу корзинку с косметическими флакончиками, я вышла из комнаты. Только хотела широко зевнуть, как захлопнула рот и громко выругалась, не жалея эпитетов.
